Моего капитана оставили умирать в ущелье, но когда я вернулся туда ночью, командир побледнел

Капитан Хейз лежал под каменной плитой, а его кровь уже стекала в снег, когда я услышал в наушнике чужое дыхание.

— Лиам, отступай! — крикнул Джексон Рид, прижимаясь плечом к скале. — Сейчас рухнет весь склон!

Я не отрывал взгляда от капитана. Бредли Хейз пытался подняться, но правая нога не слушалась. На боку расползалось тёмное пятно, а пальцы всё ещё сжимали пистолет.

— Уходи, — сказал он. — Вытащи парней.

— Сам скажешь им.

— Это приказ.

Камень над нами содрогнулся от взрыва. С потолка ущелья посыпалась ледяная крошка. Она застревала у меня на ресницах и таяла на щеках, смешиваясь с потом.

Я схватил Хейза за разгрузочный жилет и потянул. Он ударил меня локтем в грудь.

— Ты глухой?

— Сегодня да.

Рид рванул меня назад, и в ту же секунду автоматная очередь прошила место, где я стоял. Один из камней отлетел и рассёк мне подбородок. Я почувствовал тёплую кровь, но даже не моргнул.

Нас прижали с трёх сторон. Внизу ревел ручей, превращённый морозом в чёрную ленту льда. На высоте над ущельем висел вертолёт, однако пилот не мог подойти ближе: ракеты били по склонам, будто кто-то заранее пристрелял каждую тропу.

— Эвакуация через две минуты! — донеслось в наушниках.

— Хейз не ходит, — ответил я.

— Тогда оставьте его.

Эти слова произнёс не пилот. Это был майор Грант, руководивший операцией из передвижного штаба. Его голос звучал слишком спокойно.

Рид посмотрел на меня. Потом на капитана.

— Лиам, у нас девять раненых.

— Я знаю.

— Если останемся, погибнут все.

Хейз услышал его и усмехнулся. На губах выступила кровь.

— Видишь? Даже Рид умеет считать.

— Заткнитесь оба.

Я снова потянулся к нему, но Хейз резко схватил меня за запястье. Его перчатка была разорвана, а под ногтем блестел кусочек меди от какого-то провода.

— Возьми это, — прошептал он.

— Что это?

— Не здесь.

Он разжал пальцы. На ладонь мне упала маленькая латунная пластинка, похожая на жетон от старого шкафчика. На ней были выбиты две буквы и цифры: «Е. М. 17».

— Кто такая Е. М.? — спросил я.

Капитан посмотрел не на меня, а вверх, на белую вершину, где секунду назад мелькнула тень.

— Та, кого мы похоронили три года назад.

Склон взорвался. Ударная волна швырнула меня на бок, а связь в наушнике захлебнулась треском. Последнее, что я увидел, — как Хейз исчез за облаком пыли, а над ним обрушился каменный карниз.

Рид вытащил меня из-под обломков за воротник.

— Он погиб.

— Нет.

— Лиам, я видел, как его накрыло.

— Я сказал, нет!

Но вертолёт уже поднимался. Нас втянули внутрь под огнём, и через тридцать минут я сидел на металлическом полу, сжимая латунную пластинку в кулаке.

На базе, в половине третьего ночи, майор Грант встретил нас у санитарного ангара. На нём была чистая форма, хотя весь наш отряд вернулся в крови и пыли.

— Капитан Бредли Хейз погиб при исполнении, — произнёс он.

— Вы даже не отправите поисковую группу? — спросил я.

— Район потерян.

— Там наш командир.

Грант посмотрел на мои руки. На правой всё ещё виднелась засохшая кровь Хейза.

— Иногда, О’Коннор, нужно уметь оставить мёртвых в горах.

Он ушёл, не попрощавшись.

В шесть утра нам выдали официальное уведомление. В семь часов забрали оружие. В восемь приказали молчать о подробностях операции.

А в девять я обнаружил, что латунная пластинка исчезла из моего кармана.

Дверь комнаты распахнулась. На пороге стояла женщина в белом шарфе, которого не было ни у одного военного медика.

Она положила на стол мою пластинку и сказала:

— Если хотите узнать, почему ваш капитан ещё дышит, идите за мной…

ЧАСТЬ 2

Я вскочил так резко, что стул ударился о стену.

— Кто вы?

Женщина не ответила. Она стояла под тусклой лампой, и белый шарф закрывал половину её лица. На краю ткани темнело пятно засохшей крови.

— Вы слышали меня? — спросил я.

— Слышала достаточно, чтобы понять: вы не из тех, кто бросает своих.

— Где капитан Хейз?

Она достала из кармана связку ключей. Один был коротким, медным, с обломанным зубцом.

— Если хотите увидеть его живым, перестаньте задавать вопросы здесь.

В коридоре зазвенели шаги. Женщина схватила меня за рукав и потянула к запасной лестнице. Её пальцы были сильными, несмотря на тонкую перчатку.

Мы спустились в подвал старого ангара. Там пахло керосином, мокрой шерстью и лекарствами. Под потолком мигала лампа, а на полу стояли ящики с медицинскими принадлежностями.

— Вы были в ущелье, — сказал я.

— Да.

— Я видел тень на вершине.

— Это была я.

Она сняла шарф.

Передо мной оказалось худое лицо с глубоким шрамом от левого виска до подбородка. Я узнал её не по лицу. По взгляду.

— Ева Морозова.

— Меня звали иначе до того, как меня оставили под обвалом.

Три года назад Ева была лучшим стрелком разведывательной группы. Её объявили погибшей после задания в приграничных горах. Хейз лично подписал отчёт о её смерти. Я тогда ещё был младшим бойцом и помнил, как капитан стоял у мемориальной стены, сжимая в руке её жетон.

— Ты жива.

— Не благодаря им.

— Кому «им»?

Ева открыла металлическую дверь в конце подвала. За ней находилась тесная комната, освещённая керосиновой лампой. На раскладушке лежал Хейз.

Он был бледным, неподвижным, но грудь под одеялом поднималась.

Я бросился к нему.

— Капитан!

— Не трогайте его, — сказала Ева. — Осколок застрял рядом с позвоночником. Я остановила кровь, но вывезти его можно только ночью.

Хейз открыл глаза.

— Я же приказал тебе уходить, О’Коннор.

— А я не умею выполнять плохие приказы.

В уголке его рта появилась слабая улыбка.

— Это станет твоей главной проблемой.

Я опустился на колени возле раскладушки. На груди капитана лежал кусок старой армейской карты, прижатый камнем.

— Грант сказал, что район потерян.

Ева резко повернула голову.

— Грант сказал много чего.

— Вы ему не доверяете?

— Я доверяю только людям, которые приходят за ранеными.

Хейз с трудом поднял руку.

— Лиам, слушай внимательно. Нападение было не случайностью.

В подвале зашуршал генератор. Лампа на секунду погасла, и в темноте я услышал, как Ева передёрнула затвор винтовки.

— Нас продали, — продолжил Хейз. — Маршрут, время, численность. Всё ушло противнику за сутки до выхода.

— Кто передал сведения?

Капитан посмотрел на Еву.

— У нас есть доказательство. Но оно в штабе.

— Какое?

— Журнал доступа к спутниковому каналу. И подпись человека, который уже объявил меня погибшим.

Снаружи хлопнула дверь. Затем послышались тяжёлые шаги по бетонному коридору.

Ева погасила лампу.

— Они нашли нас, — прошептала она.

Я достал пистолет, но Хейз остановил меня.

— Не стреляй, пока не увидишь, кто вошёл.

Под дверью появилась полоска света. Чья-то тень остановилась прямо напротив.

— Откройте, — приказал знакомый голос.

Майор Грант.

Ева подняла винтовку. Я встал между ней и раскладушкой.

— О’Коннор, — сказал Грант за дверью, — капитан мёртв. А вы сейчас совершаете преступление, скрывая его тело.

Хейз медленно сел, превозмогая боль.

— Открой, Лиам.

— Зачем?

— Потому что человек за дверью должен увидеть, кого именно он пытался убить…

ЧАСТЬ 3

Я отодвинул засов.

Грант вошёл первым, держа пистолет у бедра. За ним появились двое вооружённых связистов. На рукаве одного белела свежая повязка, а на ботинках налипла глина с дороги.

Майор увидел Хейза и остановился.

Капитан сидел на раскладушке, опираясь спиной о стену. Его лицо было серым, но глаза оставались ясными.

— Вы должны были умереть, — сказал Грант.

— Это не приветствие, — ответил Хейз.

Грант перевёл взгляд на Еву.

— А ты вообще не должна была существовать.

— Много лет слышу одно и то же, — сказала она. — Надоело.

Я встал рядом с капитаном.

— Вы знали, что он жив.

— Я знал, что он ранен.

— И объявили его погибшим.

— Чтобы прекратить поиски.

— Чтобы никто не нашёл того, кто продал отряд.

У Гранта дрогнула щека.

Ева вынула из внутреннего кармана тонкую папку, перехваченную бечёвкой.

— Здесь копия журнала доступа к спутниковому каналу, — сказала она. — Время передачи маршрута совпадает с вашим личным кодом.

Грант усмехнулся.

— Подделка.

— Тогда объясните подпись.

Она раскрыла папку и положила лист на ящик с бинтами. Бумага была испачкана землёй, но внизу отчётливо виднелась подпись: «Г. Грант».

— Вы отправили координаты врагу, — сказал я.

— Я передал ложный маршрут.

Хейз нахмурился.

— Ложный маршрут привёл нас в подготовленную засаду.

— Потому что настоящий маршрут уже был раскрыт.

— Кем?

Грант молчал.

Ева подошла ближе и сорвала с его формы нагрудный знак. Под ним обнаружилась тонкая полоска красной краски.

— Такой же след был на ящике с боеприпасами, который нашли у нападавших, — сказала она. — Они не просто знали, куда мы придём. Они ждали именно наш груз.

Грант поднял пистолет.

— Вы не понимаете, что происходит.

— Тогда объясните, — потребовал я.

— В ущелье находился не координатор боевиков. Там был контейнер с данными о незаконных поставках оружия. Эти сведения хотели получить сразу несколько людей. Я должен был забрать контейнер до того, как его нашли повстанцы.

— И ради этого вы послали нас под огонь? — спросил Хейз.

— Я рассчитывал, что вы пройдёте.

Капитан тихо рассмеялся, но тут же зажал бок ладонью.

— Ты всегда плохо рассчитывал.

Дверь за спиной Гранта распахнулась. В подвал вошёл старый радист Семён Воронцов, которого все считали погибшим при первой атаке. Он держал в руках запечатанный металлический тубус.

— Не он передал сведения, — сказал Семён. — Грант пытался остановить сделку.

Я уставился на него.

— Тогда кто?

Семён положил тубус на стол.

— Человек, который подписал приказ о вашей эвакуации.

Хейз резко поднял голову.

— Полковник Рэймонд?

— Нет, — сказал Семён. — Человек, которому Рэймонд доверял больше всех.

Он вынул из тубуса лист и развернул его.

Внизу стояла подпись капитана Хейза.

У меня перехватило дыхание.

— Это невозможно.

Ева посмотрела на капитана.

— Бредли, ты подписал передачу координат?

Хейз побледнел сильнее прежнего.

— Нет.

Семён ткнул пальцем в дату.

— Документ составлен три года назад. В день, когда Еву объявили погибшей.

В подвале стало так тихо, что я услышал потрескивание фитиля.

Хейз прошептал:

— Значит, всё началось тогда.

И в этот момент на тубусе загорелся красный огонёк. Из маленького динамика раздался голос диспетчера:

— Группа эвакуации отменена. На базу движется ударный отряд. Приказ подписан именем капитана Хейза…