Я увидела любовницу мужа сестры на её похоронах, но после слов адвоката Джейсон резко побледнел

Когда Джейсон вошёл в церковь с любовницей моей погибшей сестры под руку, я едва не бросилась на него через весь зал.

Лили лежала перед алтарём в закрытом гробу. Тридцать две недели беременности. Мальчик, которого она собиралась назвать Ноа. И смерть, которую Джейсон называл несчастным падением с лестницы.

Я не верила ни одному его слову.

В маленькой церкви нашего техасского городка пахло воском, сухими розами и старым деревом. На спинке моего стула висел зелёный шарф Лили — тот самый, который она носила зимой, когда впервые рассказала мне о беременности. Я сжимала его пальцами, пока ткань не впивалась в кожу.

Джейсон шёл к первым рядам с лицом скорбящего вдовца. Рядом с ним была Рэйчел — высокая, ухоженная, в чёрном платье без единой складки. Она держалась за его руку так уверенно, словно именно ей принадлежало место рядом с гробом.

Я узнала её сразу.

Её имя я видела в телефоне Лили за три месяца до смерти.

Рэйчел. Коллега Джейсона.

— Ты с ума сошёл? — прошептала я, когда они остановились у первого ряда.

Джейсон даже не посмотрел на меня.

— Не устраивай сцену, Эмма.

— Ты привёл её сюда?

Рэйчел прижалась к его плечу и тихо сказала:

— Джейсон, не надо. Она просто не справляется с горем.

У меня перехватило дыхание. Не от слёз. От ярости.

Я поднялась, но отец схватил меня за запястье.

— Не здесь, Эм, — сказал он, не отводя глаз от алтаря. — Дай Лили этот день.

— А кто даст ей справедливость?

Отец сжал губы. На его пальце блеснуло старое медное кольцо — подарок Лили, который она вырезала для него на ярмарке. Он тоже подозревал, что всё было не так. Просто пока не знал, за что ухватиться.

Пастор говорил о доброте Лили, о её смехе и о ребёнке, которого она никогда не успела увидеть. Я слышала каждое слово, но смотрела только на Джейсона. Он время от времени наклонялся к Рэйчел, а она клала голову ему на плечо.

Когда последний гимн закончился, в церкви стало так тихо, что я услышала, как где-то под потолком щёлкнул старый вентилятор.

К алтарю вышел мужчина лет пятидесяти с кожаным портфелем.

— Меня зовут Дэниел Хэйс, — представился он. — Я адвокат Лили Рид.

Джейсон резко поднял голову.

— Вы решили сделать это прямо сейчас?

— Именно сейчас, — спокойно ответил Дэниел.

— Это похороны моей жены.

— Поэтому я здесь.

Он достал папку, перевязанную бордовой лентой. Лили всегда использовала такую ленту для важных документов: говорила, что с ней даже плохие новости выглядят аккуратнее.

Дэниел оглядел зал и добавил:

— Лили оставила подробные инструкции. Её завещание должно быть оглашено сегодня, в присутствии семьи и Джейсона Рида.

Рэйчел выпрямилась.

— Это неуместно, — сказала она.

— Не вам решать, мисс Морган.

Лицо Джейсона стало напряжённым.

— Я ничего не буду слушать.

— Будете, — произнёс адвокат. — Потому что есть отдельный пункт, который Лили просила зачитать именно на её похоронах.

Он снял ленту с папки. Мои пальцы похолодели.

Дэниел раскрыл первую страницу, провёл взглядом по строчкам и медленно поднял глаза на Джейсона. Затем его рука потянулась к следующему листу…

ЧАСТЬ 2

Затем его рука потянулась к следующему листу…

— «Если вы слышите эти слова, значит, меня уже нет рядом», — начал Дэниел.

В церкви кто-то тихо всхлипнул. Отец отпустил моё запястье, но я продолжала держать зелёный шарф Лили, будто он мог удержать меня от падения.

— «Я прошу всех присутствующих не верить первой версии моей смерти. Я знаю, что Джейсон назовёт это несчастным случаем. Он уже подготовил эту историю».

По залу прошёл гул.

Джейсон вскочил.

— Это невозможно! Она была под лекарствами, она не понимала, что подписывает!

— Сядь, — сказал отец.

— Я её муж!

— Именно поэтому тебе стоит дослушать, — ответила я.

Джейсон посмотрел на меня с ненавистью. Рэйчел вцепилась ему в рукав.

— Джейсон, не нужно продолжать.

Я заметила, как дрогнули её пальцы. Она знала больше, чем показывала.

Дэниел не отрывал взгляда от документа.

— «Я передала Эмме ключ от сейфа в мастерской отца. Если со мной что-то случится, она должна открыть его при свидетелях. Внутри находится то, что поможет понять, почему я боялась возвращаться домой».

Отец резко повернулся ко мне.

— Какой ключ?

— Я не знаю, — прошептала я.

И это было правдой. Лили ничего мне не передавала. По крайней мере, я так думала.

Джейсон шагнул к адвокату.

— Вы не имеете права втягивать сюда мою семью.

— Ваша семья уже втянута, мистер Рид. В завещании указано, что дом, счета и доля Лили в клинике временно переходят под управление Эммы Рид.

Рэйчел побледнела.

— Что значит «временно»?

— До завершения проверки обстоятельств смерти Лили и рождения ребёнка, — ответил Дэниел.

Эти слова ударили меня сильнее, чем всё остальное.

Рождения ребёнка.

Ноа умер вместе с матерью. Так сказал врач. Так повторил Джейсон. Так было записано в свидетельстве, которое он не позволил мне увидеть.

— Почему вы говорите о рождении? — спросила я.

Дэниел закрыл папку.

— Потому что Лили оставила распоряжение на случай, если медицинские документы будут изменены.

Джейсон метнулся к выходу.

Отец преградил ему дорогу.

— Отойди.

— Сначала ответь, почему ты боишься бумаг мёртвой женщины.

— Я не обязан оправдываться перед тобой.

— Передо мной нет. Перед Лили — обязан.

Рэйчел вдруг резко оттолкнула от себя Джейсона.

— Ты говорил, что всё уничтожено.

Церковь замерла.

Джейсон повернулся к ней.

— Замолчи.

— Ты сказал, что она никому ничего не оставила!

Дэниел медленно достал из портфеля небольшой металлический ключ на чёрном шнурке.

Я узнала его не сразу. На круглом основании была выцарапана буква «Э». Лили сделала такой знак на подарке, который собиралась вручить мне на день рождения.

— Она попросила передать это вам после оглашения, — сказал адвокат.

Джейсон побледнел.

— Вы не знаете, что делаете.

— Знаю, — ответил Дэниел. — И ещё я знаю, кто последний видел Лили живой.

Он повернулся к заднему ряду, где сидела невысокая женщина в коричневом пальто. Я видела её впервые.

Женщина поднялась, прижимая к груди потёртую сумку.

— Меня зовут Мэйбл Картер, — сказала она. — Я жила напротив дома Ридов.

Джейсон дёрнулся к ней.

— Вам лучше уйти.

Мэйбл посмотрела прямо на него.

— Нет, сынок. Я слишком долго молчала.

Она вынула из сумки сложенный лист и положила его на кафедру.

— В ту ночь Лили не падала с лестницы. Она выбежала из дома и кричала, что ребёнка хотят забрать. А потом за ней вышел Джейсон…

Мэйбл развернула лист, и её голос сорвался на последнем слове…

ЧАСТЬ 3

Мэйбл развернула лист, и её голос сорвался на последнем слове…

— Я записала номер машины, — сказала она. — И время. Ночь, двадцать два сорок семь.

Дэниел забрал лист и положил рядом с ключом.

— Мисс Картер пришла ко мне через два дня после смерти Лили. Она боялась говорить, потому что Джейсон угрожал выселить её из дома.

— Я никому не угрожал! — выкрикнул Джейсон.

— Вы сказали, что у моего внука будут проблемы, если я открою рот, — ответила Мэйбл. — Я помню каждое слово.

Рэйчел отступила к стене. Её лицо стало белым.

Я смотрела на Дэниела.

— Что именно видела Мэйбл?

Адвокат достал из папки второй документ.

— В ту ночь Лили вышла из дома живая. Она была ранена, но шла сама. Мисс Картер видела, как она пыталась добраться до дороги. Затем Джейсон догнал её и вернул в дом.

Отец качнулся, будто его ударили.

— Ты вернул её?

— Она была в истерике, — прошипел Джейсон. — Я пытался помочь.

— Тогда почему после этого на лестнице нашли кровь? — спросила я.

Он посмотрел на меня.

— Ты не понимаешь.

— Объясни.

— Лили собиралась уничтожить мою жизнь.

Рэйчел закрыла рот ладонью.

Джейсон понял, что сказал, но было поздно.

Дэниел открыл папку шире.

— Лили обнаружила, что вы переводили деньги из семейного фонда на счета мисс Морган. Она узнала о поддельных медицинских документах и собиралась сообщить об этом руководству клиники.

— Это были наши деньги! — выкрикнул Джейсон.

— Нет, — тихо произнесла Рэйчел. — Ты говорил, что это деньги от продажи квартиры.

— Рэйчел, замолчи.

— Ты обещал, что Лили подпишет развод и ребёнок останется тебе. Ты говорил, что она больна и никто ей не поверит.

Её признание повисло в воздухе тяжелее церковного колокола.

Я почувствовала, как подкашиваются ноги.

— Ребёнок был жив, — сказала я.

Дэниел кивнул.

— Лили успела отправить в клинику письмо. В нём она просила сохранить образец крови Ноа и не передавать ребёнка Джейсону без независимой проверки.

— Ноа умер, — прошептал Джейсон.

— Нет, — ответил адвокат. — Мальчик родился экстренно за несколько часов до смерти Лили. Его поместили в отделение для новорождённых под другой фамилией, потому что в документах матери обнаружили несоответствия.

Отец схватился за край скамьи.

— Где он?

— Жив. И находится под наблюдением врачей.

Я закрыла глаза. Внутри меня что-то рухнуло и тут же вспыхнуло.

Мой племянник был жив.

Джейсон попятился.

— Вы лжёте.

— У меня есть свидетельство врача, подпись заведующей и заявление Лили, — сказал Дэниел. — А ещё есть результаты проверки крови, подтверждающие отцовство другого человека.

Рэйчел медленно повернула голову к Джейсону.

— Другого человека?

Он не ответил.

Дэниел посмотрел на меня.

— Эмма, Лили не хотела, чтобы вы сразу узнали всё. Она боялась, что вы броситесь к Джейсону без защиты. В сейфе лежат документы, которые объясняют, кому принадлежит ребёнок и почему Лили скрывала это даже от семьи.

Я сжала ключ в ладони.

— Где сейф?

— В мастерской вашего отца. Но открыть его нужно сегодня. Есть ещё одна проблема.

— Какая?

Дэниел достал телефон. На экране было новое сообщение.

— Из клиники. Кто-то только что пришёл за Ноа, предъявив нотариальное разрешение от имени Лили.

Джейсон рванулся к двери.

— Он мой сын!

Я бросилась следом, но Дэниел остановил меня.

— Эмма, если этот человек заберёт ребёнка, вернуть его будет почти невозможно.

— Кто пришёл за ним?

Он посмотрел на Джейсона, затем на Рэйчел.

— Тот, кто указан в настоящем свидетельстве о рождении. И, судя по подписи, он уже знает, что Лили успела спрятать…

Дэниел не договорил. В этот момент телефон снова зазвонил, и на экране высветилось имя, от которого Джейсон отступил к алтарю…