Муж вернулся под утро после ночи у другой женщины и заявил, что скоро разбогатеет — но его улыбка исчезла после моего ответа

В четыре часа утра мой муж вошёл в спальню с таким счастливым лицом, будто только что получил ключи от новой жизни, а не провёл ночь у другой женщины.

Он бросил дорожную сумку возле шкафа, снял часы и улыбнулся своему отражению в тёмном окне.

— Не спишь? — спросил Лука.

Я сидела на краю кровати, прижимая к коленям его телефон, который он оставил на тумбочке перед душем. Экран всё ещё светился.

— Ждала тебя.

— Не стоило. Я же предупреждал, что встреча с поставщиками затянется.

В этот момент из ванной донёсся шум воды. А на экране появилось новое сообщение.

«Ты опять рядом с ней? Ты обещал, что всё скоро закончится».

Имя отправительницы я знала. Хлоя Мерсер. Руководитель отдела закупок в компании отца Луки. Женщина, которую мой муж называл «слишком амбициозной», когда я однажды заметила, как она смотрит на него.

Пальцы у меня похолодели, но я открыла переписку.

Там были бронирования гостиниц, счета за дорогие ужины, фотографии из загородного дома и десятки сообщений, в которых Лука обещал Хлое, что «ещё немного — и всё изменится».

А потом я увидела фразу, от которой перестала слышать воду в ванной.

«После смерти твоего отца компания и деньги будут твоими. Ты сам сказал, что он долго не протянет».

Артур Вэнс, отец Луки, умирал от рака. Он всё ещё приезжал в офис, хотя после лечения ходил медленно и часто держался рукой за край стола. Каждое воскресенье он спрашивал о наших детях — четырнадцатилетней Келли и девятилетнем Лео.

А его единственный сын уже делил имущество с любовницей, пока отец боролся за каждый вдох.

Вода в ванной стихла.

Я положила телефон на место и открыла ноутбук. На экране был финансовый отчёт, но цифры расплывались перед глазами.

Лука вышел, вытирая волосы полотенцем.

— Ты всё ещё работаешь?

— Заканчиваю отчёт.

Он надел пижаму, лёг рядом и почти сразу начал жаловаться на отца.

— Артур снова хочет проверить договоры поставок. Он должен понять, что больше не может всем управлять.

Ещё вчера я услышала бы усталость сына. Теперь слышала нетерпение наследника.

— Он болен, Лука.

— Именно поэтому ему пора перестать цепляться за компанию.

Я повернула голову и посмотрела на него. На его запястье осталась тонкая красная полоса от ремешка часов. Почему-то именно она врезалась мне в память.

Утром он завтракал с детьми, шутил с Келли и напоминал Лео про футбольную форму. Перед уходом поцеловал меня в лоб.

В пять вечера пришло сообщение: «Я у отца. Ему плохо. После него будет поздняя встреча».

Я позвонила Артуру.

— Лука с вами?

— Нет, дорогая. Я не видел его несколько дней.

Через сорок минут я уже стояла у ворот его поместья. В гостиной пахло лекарствами и полированным деревом. Артур сидел в кресле, сжимая серебряную трость.

Я рассказала ему всё.

Он молчал так долго, что я услышала, как в камине лопнула сухая ветка.

— Он спрашивал о завещании, — сказал Артур. — Хотел знать стоимость земли, долю акций и кто станет управляющим, если я потеряю способность работать.

— Не меняйте ничего из-за меня.

Артур поднял глаза.

— Я меняю не из-за измены, Джесси. Я меняю всё потому, что мой сын уже делит мой труп.

Через два дня он прошёл независимую медицинскую проверку, а затем вместе с корпоративной поверенной Рейчел Вэнс отправился к нотариусу.

Я не знала, что именно он подписал.

Пока в ту ночь Лука не вернулся домой, поставил сумку у моих ног и сказал:

— Дом остаётся тебе. А я скоро получу гораздо больше.

Я посмотрела на него, потом на сумку.

— Тогда забирай её.

Он нахмурился.

— Что?

— Сумку. И всё, что считаешь своим.

Лука медленно расстегнул молнию, но в этот момент за дверью раздался звонок. На пороге стояла Рейчел с кожаной папкой, которую держала обеими руками. Она посмотрела на Луку и сказала:

— Нам нужно, чтобы вы оба немедленно сели…

ЧАСТЬ 2

Рейчел не вошла сразу. Она стояла на крыльце в мокром от ночного тумана пальто, а кожаная папка под её рукой казалась тяжелее, чем могла быть на самом деле.

Лука застыл возле раскрытой сумки.

— Что происходит? — спросил он.

— Это я хотела бы спросить у вас, — ответила Рейчел.

Я отступила в сторону. Рейчел вошла, положила папку на стол и аккуратно сняла перчатки. На её большом пальце блестело широкое золотое кольцо с вмятиной у края — Артур когда-то говорил, что она носит его со времён первой сделки компании.

— Отец поручил мне присутствовать при разговоре, — сказала она.

Лука усмехнулся.

— При каком разговоре? Джесси устроила сцену из-за моей поздней работы?

— Я не устраивала сцену, — сказала я. — Я звонила твоему отцу. И он сказал, что не видел тебя несколько дней.

Улыбка исчезла с его лица, но ненадолго.

— Отец принимает сильные лекарства. Он путает дни.

Рейчел открыла папку, однако не достала документы.

— Врач подтвердил, что Артур полностью понимает происходящее. Более того, он специально назначил обследование после того, как вы попросили показать вам черновик завещания.

Лука резко повернулся к ней.

— Я его сын.

— Это не даёт вам права требовать его банковские выписки и список акционеров.

В груди у меня стало тесно. Я знала, что Лука лжёт, но впервые слышала, как кто-то произносит это вслух.

— Он хотел защитить компанию, — сказал Лука. — Если отец умрёт, всё рухнет.

— Компания не рухнет, если вы перестанете переводить деньги на счета поставщиков, которых не существует.

В комнате стало так тихо, что я услышала гул холодильника на кухне.

Лука посмотрел на меня.

— Ты ей веришь?

— Я верю цифрам, — ответила я.

Он шагнул ко мне, и от него пахло мятной жевательной резинкой и дорогим табаком.

— Ты понятия не имеешь, о чём говоришь.

— Тогда объясни мне, почему за последние четыре месяца компания заплатила почти двести тысяч долларов фирме, зарегистрированной на адрес пустого склада.

Его лицо изменилось.

Рейчел медленно вынула из папки несколько листов.

— Эта фирма связана с Хлоей Мерсер. А часть денег затем переводилась на счёт, которым пользовались вы.

Лука схватил бумаги, смял верхний лист и бросил его на пол.

— Это подделка.

— Подпись на платёжных поручениях ваша, — сказала Рейчел.

— Я подписывал документы по поручению отца.

— Отец не давал вам такого поручения.

Он резко рассмеялся.

— Значит, вы все решили выставить меня вором, чтобы отдать компанию моей жене?

Я почувствовала, как внутри поднимается не злость, а усталость. Шестнадцать лет я помогала ему строить отчёты, встречала клиентов, закрывала просроченные счета и объясняла детям, почему папа снова не пришёл на школьный праздник.

— Ты сам сделал из меня чужую, Лука.

Он посмотрел на сумку.

— Я собирался уйти спокойно.

— Нет. Ты собирался уйти с женщиной, которая уже считала деньги моего свёкра.

Рейчел закрыла папку.

— Артур хочет, чтобы вы пришли к нему завтра утром. Там будут его врач, бухгалтер и один человек, который работал в компании двадцать два года.

Лука побледнел.

— Кто?

— Вы его знаете.

— Рейчел, не играйте со мной.

Она посмотрела прямо ему в глаза.

— Он видел, как вы брали ключ от архива в ночь, когда исчезли оригиналы договоров.

Лука отступил, зацепив ногой ножку стула. Стул ударился о стену.

Я вспомнила ту ночь. Он сказал, что ездил за лекарствами для отца. Вернулся с порезом на ладони и не объяснил, откуда он.

— Что именно он видел? — спросила я.

Рейчел не ответила.

— Завтра узнаете.

Лука сжал кулаки.

— Если отец подпишет что-то против меня, я оспорю это.

— Возможно, — сказала Рейчел. — Но сначала вам придётся объяснить, почему вы пытались получить доступ к его личному сейфу.

Он внезапно схватил со стола ключи от машины и направился к выходу.

— Я не поеду к нему.

Рейчел даже не встала.

— Тогда Артур проведёт собрание без вас.

Лука остановился.

— Какое собрание?

Она открыла папку снова и вынула один запечатанный лист.

— То, на котором будет объявлено имя нового держателя контрольного пакета.

Запечатанный лист лёг на стол между нами.

Лука медленно протянул к нему руку, но Рейчел накрыла документ ладонью.

— До завтра, — сказала она. — И не пытайтесь уехать с детьми.

Он резко поднял голову.

— Вы мне угрожаете?

— Нет. Предупреждаю.

Когда Рейчел ушла, Лука долго стоял в прихожей. Потом спросил, не глядя на меня:

— Что ты сказала отцу?

— Правду.

— Только правду?

Я не успела ответить. В этот момент мой телефон зазвонил. Номер был незнакомым.

— Джесси Стерлинг? — спросил мужской голос. — Я много лет молчал, потому что боялся потерять работу. Но завтра, если вы позволите мне войти в комнату, я расскажу, зачем Лука на самом деле искал те документы…

ЧАСТЬ 3

Я вышла на крыльцо, чтобы Лука не услышал продолжение.

На улице пахло мокрым камнем и бензином. У ворот горел один фонарь, вокруг которого кружились мелкие ночные насекомые.

— Кто вы? — спросила я.

— Томас Рид. Бывший начальник архивного отдела.

— Что вы видели?

Он тяжело вздохнул.

— Не по телефону. Завтра. Рейчел сказала, что вы должны услышать это при свидетелях.

Утром в кабинете Артура собрались шестеро. За широким столом сидели сам Артур, Рейчел, главный бухгалтер Мира Хант, Томас и я. Лука вошёл последним, в идеально выглаженном костюме, но под глазами у него лежали тёмные круги.

На стене тикали часы. Их маятник бил по комнате, как метроном.

— Я пришёл, — сказал Лука. — Теперь объясните, почему меня вызвали как преступника.

— Тебя вызвали как моего сына, — ответил Артур. — Но ты сам решил вести себя как человек, которому есть что скрывать.

Рейчел передала каждому копию документа.

— Это новое распоряжение Артура Вэнса, подписанное после медицинского заключения. Оно вступает в силу сегодня.

Лука быстро пробежал глазами первую страницу.

— Контрольный пакет передаётся не мне?

— Нет, — сказал Артур.

— Тогда кому?

Артур посмотрел на меня.

— Джесси Стерлинг. В доверительное управление для Келли и Лео до достижения ими совершеннолетия.

У меня перехватило дыхание.

Лука откинулся на спинку стула.

— Она не является членом семьи Вэнс.

— Она была единственным человеком в этой семье, который не торговал моей смертью, — ответил Артур.

Лука ударил ладонью по столу.

— Ты лишаешь меня всего из-за нескольких глупых сообщений?

— Нет. Из-за денег, которые ты вывел из компании. Из-за поддельных договоров. И из-за того, что собирался признать меня неспособным управлять делами, чтобы получить доступ к счетам.

Мира положила перед ним папку.

— Вот копии переводов. Средства уходили через три фирмы. Все три оформлены на подставных лиц, связанных с Хлоей Мерсер.

— Она просто помогала мне с поставщиками.

— Тогда почему вы лично забрали оригиналы договоров из архива? — спросил Томас.

Лука резко повернулся к нему.

— Ты ничего не видел.

Томас снял очки и протёр их уголком носового платка.

— Я видел вас в два часа семнадцать минут ночи. Вы держали ключ от сейфа и сказали, что отец приказал уничтожить старые документы.

— Ты лжёшь!

— Я молчал, потому что вы угрожали уволить мою дочь. Но сегодня она сама сказала мне, что лучше потерять работу, чем всю жизнь знать, что я позволил вам уничтожить компанию.

Артур закрыл глаза. Его пальцы дрогнули на трости.

— Почему ты не пришёл ко мне раньше?

— Потому что он был вашим сыном, — тихо ответил Томас. — Я думал, вы захотите защитить его.

— Я хотел защитить всех, — сказал Артур. — И слишком поздно понял, от кого.

Лука вскочил.

— Вы не можете отнять мою долю!

— Твоя личная доля остаётся, — сказала Рейчел. — Но контроль над компанией ты теряешь. Кроме того, все выплаты по спорным договорам будут возвращены.

— А Джесси? Она получит всё?

— Она получит ответственность, — ответила я. — Это не то же самое.

Лука посмотрел на меня, и в его лице впервые проступил настоящий страх.

— Ты разрушишь компанию.

— Нет. Я разберусь с тем, что ты оставил после себя.

Артур протянул мне тонкую папку.

— Здесь ещё одно распоряжение. Прочти после собрания.

Я открыла её, но не успела дойти до второй страницы. В коридоре раздался звонок телефона Рейчел.

Она ответила, послушала и побледнела.

— Что случилось? — спросил Артур.

Рейчел медленно положила телефон на стол.

— Хлоя Мерсер сегодня утром явилась в банк с документом, будто Лука уже получил право распоряжаться вашими счетами.

Лука резко поднялся.

— Это невозможно.

— Возможно, — сказала Рейчел. — Потому что документ заверен вашей электронной подписью.

Я посмотрела на Луку.

— Ты подделал её?

Он открыл рот, но ответил не он. Из папки Артура выпал лист, которого никто раньше не видел. На нём стояла подпись нотариуса и дата, поставленная за неделю до нашего разговора.

Рейчел подняла его и прошептала:

— Подождите. Это не доверенность. Это признание долга. Лука уже передал Хлое свою личную долю в компании, если не сможет вернуть ей деньги.

Лука побледнел.

А потом Артур схватился за грудь и медленно сполз в кресле, а на его телефоне появилась новая надпись: «Перевод завершён. Получатель — Хлоя Мерсер»…