ЧАСТЬ 4

Директор говорила быстро, но я услышала каждое слово.

— Элейн, приезжайте утром. Пожалуйста, не сообщайте Меган заранее.

— Что случилось?

— Сегодня к нам приходил человек, который представился новым опекуном детей. Он предъявил документы, подписанные Меган.

Я посмотрела на Райана.

Он стоял посреди гостиной, сжимая лист о неизвестном владельце объекта.

— Как его звали?

— Дерек Коул.

У меня внутри всё обрушилось.

Меган дёрнулась к телефону.

— Я сама с ней поговорю.

— Нет, — сказала я и убрала трубку от неё.

— Элейн, ты ничего не понимаешь.

— Тогда объясни.

Она взглянула на близнецов.

Софи стояла на ступеньке и держала голубую кружку с треснувшей луной. Оуэн прижимал к себе рюкзак, будто собирался бежать.

Меган впервые выглядела не злой и не уверенной.

Она выглядела загнанной.

— Дерек должен был помочь мне, — сказала она. — После развода я осталась с ипотекой, детьми и расходами. Райан терял деньги, а я должна была думать о будущем.

— Поэтому ты перевела ему деньги?

— Он обещал вернуть их.

— И забрал клиентов.

— Он купил их долги.

— За деньги, которые ты вытащила из фирмы моего сына.

Меган закрыла глаза.

Райан не двигался.

— Почему ты говорила всем, что я нестабилен? — спросил он.

Она ответила не сразу.

— Потому что так было легче.

— Кому?

— Мне.

В комнате стало тесно от этого короткого признания.

Меган села на край стула.

— Я знала, что если ты потеряешь фирму и дом, суд оставит детей со мной. Но я не думала, что ты окажешься в машине.

Оуэн прошептал:

— Ты знала, что папа спит в машине?

Меган резко подняла голову.

— Нет.

Райан усмехнулся без радости.

— Но знала, что у него нет квартиры. И всё равно просила его держать вас по три дня.

— У меня были смены.

— У тебя были планы.

Эта фраза ударила сильнее крика.

Джоан разложила документы на столе.

— Здесь не только переводы. Есть договор о передаче оборудования и письмо от Дерека. Он обещал Меган половину прибыли, если Райан окончательно выйдет из бизнеса.

Меган вскочила.

— Где ты это взяла?

— Ты переслала письмо себе и забыла удалить копию из общего архива.

Райан прочитал документ до конца.

— Половину прибыли от чего?

Джоан посмотрела на него.

— От нового проекта. Того самого объекта, который сегодня попытались переоформить на подставное имя.

Имя было другим, но дата рождения совпадала с датой рождения Райана. Это означало, что кто-то использовал его старые данные, чтобы скрыть право собственности и потом перепродать объект.

Райан взял телефон.

— Я звоню в банк.

— Звони, — сказала я. — Но сначала отдай мне документы.

Он протянул папку.

Я не хотела, чтобы близнецы ещё минуту стояли рядом с этим разговором.

— Оуэн, Софи, идите в комнату. Закройте дверь и возьмите кружку.

— Папа пойдёт с нами? — спросила Софи.

Райан опустился перед ними на колени.

— Я здесь. И никуда не уйду.

— Даже если мама злится?

— Даже тогда.

Они ушли наверх.

Райан вернулся к столу.

— Я не хочу уничтожать её, — сказал он.

Джоан удивлённо посмотрела на него.

— После всего этого?

— Я хочу вернуть своё имя и возможность быть отцом. Остальное пусть решают документы.

Это был первый разумный план, который я услышала от него за весь вечер.

Утром мы приехали в школу втроём: Райан, я и Джоан. Меган приехала отдельно. Директор Холл ждала нас в маленьком кабинете, где на стене висели рисунки учеников, а на столе стояла коробка с карандашами без колпачков.

Она показала журнал посещений.

— Дерек приходил дважды. Он расспрашивал о том, кто забирает детей, где они живут и кто остаётся с ними ночью.

Райан сжал край стола.

— Он никогда не забирал их.

— Поэтому я не отдала ему детей, — сказала директор. — Но Меган оставила письменное распоряжение, что в случае вашей «неспособности» школа должна связываться с ним.

Меган побледнела.

— Я не думала, что он придёт сюда.

— А о чём ты думала? — спросила я.

Она посмотрела на меня.

— Что если Райан окончательно сорвётся, Дерек сможет временно оформить опеку. Я хотела сохранить детей рядом со школой.

— Нет, — сказал Райан. — Ты хотела сохранить контроль.

Меган сжала губы.

Директор закрыла журнал.

— До выяснения обстоятельств дети будут передаваться только Райану или Элейн. Никаких третьих лиц.

Меган посмотрела на бывшего мужа.

— Ты правда собираешься использовать это против меня?

— Я собираюсь перестать жить в страхе перед твоими словами.

Он не повысил голос.

И именно поэтому его услышали все.

Дальше были не громкие сцены, а тяжёлая работа. Банк заморозил спорный перевод. Клиент подтвердил, что Дерек получил заказ после разговора с Меган. Джоан передала копии документов независимому проверяющему. Дерек отказался встречаться лично и прислал сообщение, в котором называл всё «деловым спором».

Но в тот же день он лишился доступа к объекту.

Меган пришлось признать, что подпись под распоряжением школе принадлежала ей. Она не потеряла детей, но больше не могла единолично решать, кто имеет право забирать их и где они будут ночевать.

Райан не вернулся в старую фирму.

Он не хотел снова строить дело на кредитах и чужих обещаниях. Вместо этого он договорился с компанией строительных материалов, где работал оценщиком, и стал вести проекты для небольших подрядчиков. Джоан помогла ему составить честный план выплат.

Первую зарплату он потратил не на гостиницу.

Он снял небольшую квартиру с двумя комнатами, светлой кухней и окнами, которые выходили на школьное поле.

Я не стала спрашивать, почему он выбрал именно её.

Это было очевидно.

Через неделю Меган пришла ко мне одна.

Она держала в руках не папку и не телефон, а маленький бумажный пакет.

— Я принесла кружку, — сказала она.

Внутри лежала голубая кружка с треснувшей луной. Я забрала её из школьной комнаты, когда Софи оставила её на подоконнике.

— Она принадлежит детям.

— Я знаю.

Меган опустила взгляд.

— Я не прошу тебя простить меня.

— Хорошо.

— Я хочу, чтобы ты знала: я подписала заявление, что Дерек не имеет права приближаться к школе и использовать документы детей. И я отказалась от своей доли в его новом проекте.

Я внимательно посмотрела на неё.

— Почему?

— Потому что он никогда не собирался помогать мне. Он собирался забрать всё. Даже детей, если бы ему это оказалось выгодно.

Это не оправдывало её.

Но это была первая вещь, которую она сделала не ради контроля.

— Ты расскажешь Райану?

— Да.

— Не словами. Покажи ему подписанные бумаги.

Она кивнула.

Вечером Райан собирал кровать для Софи. Оуэн сидел на полу и пытался прикрутить ножку комода, хотя держал отвёртку вверх ногами.

— Папа, а в новой квартире можно хранить зубные щётки в ванной?

— Можно.

— И не в стаканчике от магазина?

— Купим настоящий стаканчик.

Софи принесла голубую кружку и поставила её на полку.

— Эту оставим для какао.

Райан присел рядом.

— Договорились.

Я стояла у стола с последней папкой Джоан. Внутри лежали бумаги, возвращавшие Райану право на незавершённый объект и подтверждавшие, что он не был тем человеком, которым Меган его всем представляла.

Он мог потребовать всё.

Но оставил часть прибыли на выплату зарплат бывшим работникам, которых подвёл из-за чужого плана.

— Ты уверен? — спросила я.

— Да. Я слишком хорошо знаю, каково это — ждать денег, которых не будет.

Софи подняла кружку.

— Бабушка, а луна здесь настоящая?

Я провела пальцем по трещине.

— Нет. Но она всё ещё держит воду.

Райан посмотрел на детей, потом на меня.

За окном школьное поле темнело, а на столе рядом с бумагами стояла кружка, которую дети возили с собой из парковки в новый дом.

Оуэн вдруг сказал:

— Папа, завтра ты отвезёшь нас в школу?