ЧАСТЬ 4
За бочкой с водой стояла маленькая девочка в мужском жилете, и в руке у неё был ключ от склада форта.
Я узнала её не сразу.
Пять дней назад, когда Бун подобрал меня у сломанной повозки, я видела эту девочку возле его лошадей. Она молча подала ему ведро и исчезла за холмом. Я решила, что это дочь какого-нибудь поселенца.
Теперь она смотрела на меня огромными серыми глазами.
— Как тебя зовут? — спросила я.
— Нора.
— Нора, откуда у тебя этот ключ?
Она посмотрела на Буна.
— Я нашла его в кармане у мистера Роуэна.
Полковник Восс резко обернулся.
— Лжёт.
— Она не лжёт, — сказал Илай. — Я видел, как Джеб отдал ей ключ.
— Почему ты молчал? — спросила я.
Нора стиснула ключ так сильно, что его острые края впились в ладонь.
— Потому что он велел мне не говорить, пока рядом не будет Бун.
Я взглянула на него.
— Вы знали Нору?
— Она жила при складе. Её отец был конюхом. Восс приказал убрать его после того, как тот отказался подделывать записи о фураже.
— Убрать? — переспросила я.
— Его нашли в колодце.
Нора опустила глаза.
Всё вокруг продолжало двигаться: лошади били копытами, ветер трепал флажок, раненый конь Восса тяжело дышал. Но для меня время остановилось на одном простом факте: Джеб пытался защитить не только меня.
Он успел спрятать людей, которым уже никто не должен был помочь.
Полковник поднял пистолет.
— Рид, уберите девочку.
Сержант не двинулся.
— Я сказал, уберите её!
— Довольно, полковник, — произнёс Рид.
Восс направил оружие на него.
— Ты забыл, кто подписывает твой расчёт?
— Нет. Я слишком хорошо помню, кто подписал приказ убить Джеба.
Рид медленно снял с пояса свой знак и бросил его в пыль.
— Я больше не ваш человек.
Восс выстрелил.
Пуля ушла в землю между сапогами Рида. Бун оказался быстрее. Он ударил полковника рукоятью револьвера по запястью, и пистолет отлетел под колесо. Илай подхватил Нору и увёл её за повозку.
Я попыталась встать, но живот пронзила такая боль, что я вскрикнула.
— Марта! — Бун схватил меня за плечи.
— Ребёнок…
— Роды?
— Не знаю. Но боль настоящая.
Он посмотрел на форт, потом на колонну, приближавшуюся по дороге. Впереди ехала женщина в тёмном плаще. Рядом с ней развевалось правительственное знамя.
— Это врач? — спросила я.
— И человек, который может остановить Восса.
— А если она опоздает?
Бун подхватил меня на руки.
— Тогда я сам приму ребёнка.
— Вы умеете?
— Умею держать руки ровно.
— Это не ответ.
— Другого у меня нет.
Он перенёс меня в повозку, а Илай забрался следом. Нора осталась снаружи рядом с Ридом. Восс сидел на земле, прижимая ладонь к разбитому запястью. Его лицо стало серым не от боли.
Он смотрел на ключ.
Мы добрались до склада через боковые ворота, пока колонна задерживала солдат у главного въезда. Внутри пахло зерном, конским потом и железом. Нора подошла к стене и вставила ключ в маленькую замочную скважину под полкой.
За доской обнаружилась узкая ниша. В ней лежала кожаная папка, два письма и детская деревянная лошадка.
Я узнала игрушку.
Джеб вырезал её для нашего первого ребёнка, которого мы потеряли за год до поездки.
Я взяла лошадку и прижала к груди.
— Он хранил её здесь?
— Он сказал, что некоторые вещи нельзя отдавать людям, которые считают жизнь цифрой, — ответила Нора.
В папке были не только ведомости. Там лежало письмо, адресованное мне.
Я развернула лист дрожащими пальцами.
«Марта, если ты читаешь это, значит, я не успел вернуться. Не верь тем, кто скажет, что я бросил тебя. Я собирался вывезти Нору и её отца, но Восс узнал о списках. Бун поможет тебе, потому что я попросил его. Он не любит обещаний, зато держит их крепче, чем собственную жизнь. Уезжай туда, где ребёнка назовут по имени, а не по происхождению».
Я перечитала последнюю строку дважды.
Бун стоял у двери склада, спиной к нам.
— Вы знали, что будет в письме? — спросила я.
— Нет.
— Вы знали, что Джеб просил вас вывезти Нору?
— Да.
— Почему не сказали?
Он повернулся.
— Потому что вы бы решили, что я приехал за вами только из-за его просьбы.
— А это было не так?
Бун опустил глаза на деревянную лошадку.
— Сначала так. Потом я увидел, как вы ночью чинили ремень одной рукой, а другой держали живот. После этого я уже не мог оставить вас у дороги.
Снаружи раздался крик.
Рид ворвался в склад.
— Восс ушёл.
— Куда? — спросил Бун.
— К телеграфной станции. Он хочет отправить приказ, чтобы объявили вас соучастниками и закрыли все дороги на юг.
Женщина-врач вошла следом, тяжело дыша.
— Миссис Роуэн, мне нужно осмотреть вас.
— Роды начались?
— Пока нет. Но ребёнок торопит вас, а не меня.
Врач разложила на ящике чистую ткань и заставила меня лечь. Бун вышел наружу вместе с Ридом. Нора осталась возле моей головы и держала меня за руку.
Через час в складе стало жарко от ламп и человеческого страха. Схватки усиливались. Я кусала кожаный ремешок, чтобы не кричать.
— Где Бун? — спросила я.
— На телеграфной станции, — ответила Нора.
— Он вернётся?
— Он обещал.
— Ты ему веришь?
— Он всегда возвращается за теми, кого вывез.
Эти слова оказались страшнее любой угрозы.
Когда ребёнок наконец родился, он не заплакал сразу. Врач растирала его маленькую спину, а я лежала, вцепившись в простыню.
Потом раздался тонкий, сердитый крик.
Я закрыла глаза.
— Мальчик, — сказала врач.
Мне положили его на грудь. Он был крошечным, красным и удивительно упрямым. Я провела пальцем по его щеке.
— Джеб, — прошептала я. — Ты всё-таки успел его увидеть.
В этот момент снаружи прогремел выстрел.
Нора вздрогнула.
Через минуту в склад вошёл Бун. На его руке была кровь, но шаг оставался твёрдым. За ним следовали Рид, Илай и двое всадников из правительственной колонны. Полковника Восса не было.
— Он сбежал? — спросила я.
— Нет, — ответил Рид. — Он добрался до телеграфа, но там увидел своё имя в приказе, который сам же отправлял месяц назад.
— Что это значит?
Илай усмехнулся без радости.
— Восс приказал закрыть дороги для любого, кто повезёт бумаги о краже. А правительственный курьер уже доставил копии этих бумаг в столицу. Теперь каждый пост знает, кого искать.
Бун положил на ящик револьвер Восса.
— Он пытался уничтожить телеграфную книгу. Не заметил, что за ним стоял мальчишка-посыльный.
Рид кивнул.
— Свидетель есть. Запись в книге есть. Подписи есть. Он потерял землю раньше, чем успел её купить.
Я посмотрела на Буну.
— А вы?
— Я должен был отвезти бумаги дальше.
— И Нору?
— И вас.
— Куда?
Он достал из кармана медный компас Джеба. Стрелка всё так же упрямо стояла между севером и востоком.
— На запад, к реке Платт. Там живёт сестра Илая. Она примет Нору. А вам найдёт место, где можно переждать дорогу.
Я сжала компас.
— Я не хочу пережидать всю жизнь.
— Я тоже.
— Тогда поедем не к чьей-то сестре. Поедем туда, где можно открыть мастерскую. Джеб умел чинить упряжь, а я умею считать деньги и не падать в обморок от наглых мужчин.
Бун посмотрел на меня.
— Это предложение?
— Это условие.
Нора тихо засмеялась. Илай отвернулся, делая вид, что рассматривает папку.
Утром мы снова остановились у повозки. Ребёнок спал в плетёной корзине, Нора укладывала рядом мешок с одеждой, а Рид передавал бумаги правительственному курьеру. Восс остался в форте под охраной, но его имя уже не принадлежало ему самому: оно стало строкой в ведомостях, рядом с украденным зерном и убитыми людьми.
Бун закреплял новый задний мост. Тот самый, который он выменял у кузнеца вместо сломанной детали моей повозки.
— Вы уверены, что хотите ехать со мной? — спросил он.
Я посмотрела на сына, потом на Нору.
— Нет.
Бун поднял бровь.
— Нет?
— Я уверена, что хочу ехать с ними. А вы можете попробовать нас догнать.
Он впервые улыбнулся по-настоящему.
Я положила медный компас в карман его рубашки.
— Джеб доверил его вам.
— Теперь он ваш.
— Нет, — сказала я. — Пусть показывает дорогу тому, кто всё время выбирает самый трудный путь.
Бун хотел возразить, но из корзины донёсся сердитый крик сына. Нора засмеялась, а Илай постучал ладонью по борту повозки.
— Пора, Марта!
Я поднялась на сиденье и взяла поводья. Перед нами лежала равнина, позади оставались форт, могила Джеба и человек, который думал, что сможет превратить чужие жизни в строки своей ведомости.
Бун сел рядом, проверил ремни и сказал:
— Только не гоним.
— Я беременна уже семь месяцев, Бун. Я пять дней ехала за смертью и всё равно приехала первой.
Он рассмеялся, а ребёнок внутри снова толкнулся.
На медном компасе стрелка дрогнула и наконец повернулась на запад.
Пропустили начало?
