Я пришла в подпольный бар после предательства, но мужчина рядом назвал моё имя — и его рука дрогнула

В тот момент, когда незнакомец произнёс моё имя, я поняла: он наблюдал за мной задолго до того, как сел рядом.

На часах над барной стойкой было 2:13. За толстой бетонной стеной ливень бил по улицам Чикаго, а под землёй, в клубе «Обсидиан», музыка гремела так тихо, будто боялась разбудить мёртвых.

Я сидела одна, обхватив ладонями стакан текилы. Рядом лежало обручальное кольцо с крупным бриллиантом. Я бросила его туда час назад, но так и не решилась забрать.

— Вы сказали, что меня зовут Елена Хейс, — произнесла я.

Мужчина не ответил сразу. Он выглядел слишком собранным для ночного бара: тёмный костюм, безупречные манжеты, часы с тяжёлым металлическим браслетом. От него пахло кедром и табаком.

— Я сказал, что знаю ваше имя.

— Это не одно и то же.

— Для некоторых людей — одно.

Я сжала стакан так сильно, что лёд звякнул о стенки.

— Тогда, возможно, вы знаете и то, что я предпочитаю пить одна.

— Предпочитаете? — Он взглянул на кольцо. — Вы уже четыре раза проверили дверь и дважды посмотрели на телефон. Это не похоже на спокойное одиночество.

Я хотела ответить резко, но в горле стоял ком. Двенадцать часов назад я собиралась выбирать цвет салфеток для свадьбы. Теперь мой жених грозил мне, что я не доживу до зимы.

— Вас зовут Деклан, — сказала я. — А фамилия?

— Фицрой.

Имя ничего мне не сказало. Но бармен, услышав его, вдруг замер с полотенцем в руке. Мужчина за дальним столиком перестал смеяться. Даже музыка будто стала тише.

Деклан заметил мою реакцию.

— Вы слышали обо мне?

— Нет.

— Вам повезло.

Он говорил негромко, но от этого становилось страшнее. Я видела таких людей только в новостях, где их называли владельцами складов, перевозчиками и благотворителями. Никто не писал, что они сидят в подземных барах и знают имена женщин, которые плачут над текилой.

— Ваш жених украл у меня три миллиона долларов, — сказал Деклан.

У меня перехватило дыхание.

— Брэдли не крал у вас.

— Вы уверены?

— Я уверена, что он мошенник. Но не знала, что вы имеете к этому отношение.

— Теперь знаете.

Он поставил передо мной стакан воды. Я не просила, но почему-то выпила.

Брэдли Кармайкл был молодым, красивым и всеми любимым корпоративным адвокатом. Он умел улыбаться так, что люди забывали проверять документы. Сегодня утром я увидела на его планшете переписку с помощницей Ванессой. Потом нашла зашифрованную папку.

Внутри были счета, поддельные договоры и компания «Хейс Холдингс». Моя компания. Только я никогда её не открывала.

На документах стояла моя подпись.

— Когда я спросила Брэдли, он сначала рассмеялся, — сказала я. — Потом сказал, что я не понимаю, во что ввязалась.

— И вы поверили?

— Я поверила, когда он добавил, что умру, если открою рот.

Деклан не пошевелился. Только металлический браслет его часов тихо звякнул о край стола.

— Где документы?

— Не знаю.

— Вы что-то взяли.

Это было сказано не вопросом.

Я посмотрела на свою мокрую сумку под стойкой. Внутри лежала тонкая папка, которую я вытащила из тайника Брэдли перед уходом. Я не успела её открыть. Не знала, что в ней. Но Брэдли, увидев папку у меня в руках, впервые действительно испугался.

— Если я покажу её, что будет?

— Зависит от того, что внутри.

В дальнем конце бара появилась тень. Высокий мужчина в кожаных перчатках остановился у лестницы и едва заметно коснулся уха.

Деклан посмотрел на него, затем снова на меня.

— Ваш жених уже знает, где вы.

Я почувствовала, как кровь отхлынула от пальцев.

— Откуда?

— Потому что этот бар принадлежит мне.

Он протянул руку к моей сумке.

— Дайте папку, Елена.

Его пальцы почти коснулись застёжки, когда дверь без номера распахнулась, и в зал вошёл человек, которого я меньше всего хотела увидеть…

ЧАСТЬ 2

Это был Брэдли.

Он стоял на пороге, промокший до нитки, но всё ещё аккуратный: белая рубашка, тёмное пальто, волосы уложены так, словно он приехал не в подпольный бар, а на деловую встречу. Только лицо выдало его. Под глазами залегли тени, а улыбка была слишком напряжённой.

— Елена, — произнёс он. — Я искал тебя повсюду.

Я вскочила так резко, что стул ударился о стойку.

— Не подходи.

Брэдли поднял ладони.

— Я не собираюсь причинять тебе вред.

— Ты сказал, что я умру.

— Я сказал это в ярости.

Деклан медленно встал между нами. Его рост и спокойствие изменили весь зал. Люди перестали притворяться, что не слушают.

— Ты вошёл без приглашения, Кармайкл, — сказал он.

Брэдли посмотрел на него и побледнел.

— Мистер Фицрой.

— Не называй меня так, будто мы встретились на благотворительном ужине.

— Я могу всё объяснить.

— Попробуй.

Брэдли перевёл взгляд на меня.

— Елена, папка, которую ты взяла, не имеет смысла без остальных материалов. Ты не понимаешь, что держишь в руках.

— Тогда объясни.

— Это рабочие документы.

— С моей поддельной подписью?

— Твоя подпись была нужна только для регистрации.

— Для регистрации чего?

Он замолчал.

И в эту секунду я поняла: он боялся не Деклана. Он боялся, что я задам следующий вопрос.

— Где мои деньги? — спросил Деклан.

— Они не у меня.

— Три миллиона прошли через четыре компании, две из которых связаны с тобой. Последний перевод ушёл на счёт фирмы, оформленной на имя Елены Хейс.

— Елена ничего не знала.

— Я знаю.

Эти слова заставили меня повернуть голову.

— Откуда вы знаете?

Деклан посмотрел на меня. В его глазах не было доверия, но и обвинения тоже не было.

— Потому что вы единственный человек, который мог разобрать схему и не понять, что вас уже сделали её частью.

Брэдли нервно провёл пальцами по мокрому воротнику.

— Послушай меня, Елена. Я хотел защитить тебя.

Я рассмеялась. Получился сухой, почти больной звук.

— Ты подделал мою подпись, украл деньги и угрожал мне. Очень странная форма защиты.

— Если бы ты знала правду, тебя бы убили.

— А если не узнаю?

Брэдли посмотрел на Деклана.

— Тогда он убьёт нас обоих.

В баре кто-то уронил стакан. Звук разбитого стекла прокатился по залу.

Деклан даже не моргнул.

— Ты переоцениваешь свою значимость.

— Нет. Я знаю, кто стоит за переводами.

— Тогда назови имя.

Брэдли сжал челюсть.

— Здесь не место.

Деклан кивнул мужчине у лестницы. Тот подошёл и запер дверь.

Я почувствовала, как внутри меня поднимается паника. Ещё утром я была обычной аудиторкой с планами на свадьбу. Теперь находилась в комнате, где вооружённые люди закрывали выходы, а мой жених говорил о чьём-то убийстве.

— Я хочу уйти, — сказала я.

— Уйдёте, — ответил Деклан. — Но сначала откроем папку.

— А если я откажусь?

— Тогда Брэдли решит, что ему больше нечего терять.

Брэдли резко шагнул вперёд.

— Не трогай её.

Деклан улыбнулся без веселья.

— Вот теперь ты наконец показал, что тебя волнует.

Я достала папку. На обложке не было названия, только тиснёный знак в виде сломанного круга. Бумага внутри пахла пылью и мятной пастой — так всегда пахли документы из сейфа Брэдли.

Первым оказался список переводов. Вторым — копия моего паспорта. Третьим — договор, на котором стояла дата, когда я была в командировке в Милуоки.

Я провела пальцем по подписи.

— Это не моя подпись.

— Разумеется, — сказал Брэдли.

Я подняла глаза.

— Что значит «разумеется»?

Он понял, что проговорился, и сделал шаг назад.

Деклан вырвал лист из моих пальцев.

— Ты сказал, что подпись настоящая.

— Я сказал, что она будет выглядеть настоящей.

Внутри папки обнаружился ещё один лист, сложенный вчетверо. На нём была рукописная пометка и адрес старого склада у реки.

Под адресом стояло всего два слова: «Спросить Мэйсона».

Я знала это имя. Его произнесла Ванесса в утренней переписке.

В этот момент у Деклана зазвонил телефон. Он ответил, выслушал несколько секунд и передал аппарат мне.

— Вас хочет слышать человек, который утверждает, что видел, как создавали эту компанию…

ЧАСТЬ 3

Я прижала телефон к уху.

Несколько секунд слышалось только тяжёлое дыхание.

— Елена? — спросил незнакомый мужчина.

— Кто вы?

— Оуэн Мэйсон. Я работал у Кармайкла в отделе регистрации фирм. Если вы хотите остаться живой, не подписывайте ничего, что он принесёт.

Брэдли резко побледнел.

— Откуда у вас этот номер? — спросила я.

— Его дал мне человек, который больше не может говорить сам.

— Кто?

Оуэн не ответил. На линии щёлкнуло, будто он закрыл металлический замок.

— Откройте второй карман папки. Там будет зелёная квитанция из архива округа.

Я посмотрела на папку. Внутри действительно был узкий карман, которого я не заметила. Там лежала квитанция с печатью и номером дела.

— Что я должна увидеть?

— Фамилию настоящего владельца «Хейс Холдингс».

Я передала квитанцию Деклану. Он пробежал глазами строку, и выражение его лица изменилось.

— Это невозможно, — сказал Брэдли.

— Ты знал эту фамилию? — спросил Деклан.

Брэдли отступил к двери.

— Я знал только посредника.

— Ты оформил фирму на Елену, но владельцем указал другого человека, — продолжил Деклан. — И этот человек получил доступ к моим счетам.

— Я не знал, что он заберёт деньги.

— Ты помог ему украсть их.

— Я должен был спасти брата!

Крик Брэдли ударил по залу неожиданно громко. Бармен опустил взгляд. Я смотрела на него, не узнавая человека, с которым прожила три года.

— Какого брата? — спросила я.

Брэдли тяжело дышал.

— Томас был должен людям деньги. Они держали его в подвале. Мне сказали, что если я не проведу перевод, он умрёт.

— Поэтому ты выбрал меня? — спросила я.

— Я думал, что смогу вернуть всё до того, как ты узнаешь.

Деклан сжал квитанцию.

— Кто дал тебе приказ?

Брэдли посмотрел на меня, потом на людей у стен.

— Ваша финансовая директорша, госпожа Фицрой.

В зале стало так тихо, что я услышала каплю воды, падающую с его пальто на пол.

Деклан не двигался.

— Моя сестра умерла семь лет назад, — сказал он.

— Не сестра. Жена вашего отца.

Я вспомнила имя, которое видела в одной из таблиц: Маргарет Фицрой. Женщина, управлявшая благотворительным фондом семьи и имевшая доступ к резервным счетам.

— Она жива, — прошептал Брэдли. — И именно она стояла за схемой. Вы думали, что деньги исчезают из-за меня, но я был только подписью. Она собиралась вывести весь резерв, свалить вину на вас и передать управление вашему двоюродному брату.

Деклан подошёл к нему.

— Почему ты молчал?

— Потому что Маргарет держит Томаса. И потому что она знала: если я заговорю, вы убьёте сначала меня.

— Я не убиваю людей за правду.

— Вы убиваете за предательство.

Я положила ладонь на папку.

— А я? Зачем ей была нужна именно я?

Брэдли закрыл глаза.

— Потому что твой отец когда-то был аудитором фонда Фицроев. Он обнаружил пропажу денег и собирался всё раскрыть. Маргарет уничтожила отчёты, но не смогла найти его рабочие копии. Она знала, что ты унаследовала его привычки, почерк и доступ к старым архивам. Ей нужен был человек, на которого можно повесить всё сразу.

Я почувствовала холод не от дождя.

Мой отец умер, когда мне было девять. Мне говорили, что он погиб в аварии.

— Он не погиб случайно? — спросила я.

Брэдли молчал.

Оуэн снова заговорил в телефоне:

— Елена, у меня есть последняя копия отчёта вашего отца. Но Маргарет уже знает, что вы нашли папку. Она едет сюда.

Деклан выхватил телефон.

— Сколько у нас времени?

— Десять минут. И ещё кое-что. Томас не в подвале. Он находится в клинике на Западной улице. Маргарет приказала перевезти его сегодня ночью.

В ту же секунду снаружи завыли тормоза. Несколько фар прорезали узкие окна под потолком.

Деклан повернулся к своим людям.

— Никто не выходит.

Брэдли прошептал:

— Она приехала не за папкой. Она приехала за Еленой.

А затем из коридора донёсся женский голос:

— Деклан, если ты хочешь увидеть, кто на самом деле подписал бумаги твоего отца, отпусти её ко мне…