ЧАСТЬ 4
…Я спустилась первой.
На лестничной площадке пахло мокрым бетоном и чужими сигаретами. У подъезда стоял мужчина в бежевом плаще, рядом с ним — двое грузчиков и женщина в красном пальто.
Она держала чёрную папку обеими руками.
— Вера Лапина? — спросила я.
— Да. Вы Татьяна?
— Да.
Вера посмотрела на меня так, будто заранее приготовилась увидеть человека, которого предала.
— Я не знала, что он привёз вас сюда, — сказала она. — Если бы знала, пришла бы раньше.
Мужчина в плаще шагнул вперёд.
— Я Аркадий Мельников. Мне сказали, что сегодня я получу ключи.
— Вам сказали неправду.
— Я внёс задаток.
— Я его не получала и квартиру не продавала.
Аркадий посмотрел на Веру.
— Вы уверены, что документы поддельные?
— Уверена. Я сама готовила первоначальный договор и видела, как Глеб принёс страницу с подписью. Он сказал, что жена подписала её дома. Но в заявлении стояла дата, когда Татьяна находилась в командировке у своей матери в другом городе.
Я вспомнила тот день. Двадцать третье января. Я действительно сидела в палате рядом с мамой, держала её за руку и отправляла Глебу фотографию больничного браслета. Он тогда написал: «Не волнуйся, я всё решу».
Он решил.
Аркадий достал телефон.
— У меня есть расписка о передаче задатка.
— Покажите.
Он протянул экран. Подпись Глеба стояла внизу, а рядом значилось: «Получено от Аркадия Мельникова в счёт продажи квартиры Татьяны Сергеевны Воронцовой».
— Почему вы не проверили собственника? — спросила я.
— Глеб показал мне доверенность, копию паспорта и справку о согласии супруги. Он сказал, что вы после развода уезжаете и лично присутствовать не хотите.
— Я не собиралась разводиться в январе.
Аркадий сжал губы.
— Я продал мастерскую, чтобы купить это жильё для дочери. Мне нужна была квартира, а не чужой скандал.
— Тогда помогите мне отменить сделку.
Он посмотрел на Веру.
— Я хочу вернуть деньги.
— Вы их получите, — сказала я. — Но не от меня.
Сзади хлопнула дверь подъезда. Глеб вышел на крыльцо, за ним Жанна, Михаил и Марина Павловна.
— Не разговаривай с ними, — сказал Глеб.
— Это моя квартира, — ответила я.
— Пока нет. Ты сама подписала договор.
Вера подняла папку.
— Нет, Глеб. Она его не подписывала.
Он остановился.
— Ты обещала молчать.
— Я обещала молчать, пока ты платишь. Но ты перестал платить, когда решил привезти беременную женщину и выставить настоящую хозяйку на лестницу.
Жанна закрыла лицо ладонью.
— Ты не платил Вере?
— Это не твоё дело.
— Ты сказал, что все расходы связаны с ремонтом будущего дома.
— Я сказал то, что должен был сказать.
Вера открыла папку и достала лист с печатью банка.
— Здесь указано, что задаток в четыре миллиона рублей Глеб перевёл на счёт компании «Северный маршрут». Владельцем компании является его двоюродный брат. А оттуда деньги ушли на погашение личного долга Глеба перед частным кредитором.
Марина Павловна резко вдохнула.
Аркадий побледнел.
— Вы использовали мои деньги, чтобы закрыть старую дыру?
Глеб бросил на него быстрый взгляд.
— Я собирался вернуть всё после регистрации.
— За счёт моей квартиры, — сказала я.
— Ты не понимаешь! — выкрикнул он. — Если бы я не вернул деньги, они бы пришли сюда. К тебе. К Жанне. Я хотел защитить вас.
Жанна тихо спросила:
— От кого?
Глеб не ответил.
— От кого, Глеб?
Он сел на ступеньку и уставился на мокрый асфальт.
— От людей, которым я проиграл деньги.
— В карты? — спросила я.
— Неважно.
— Важно, — сказала Вера. — Он ставил на спортивные матчи и оформлял займы один за другим. Я узнала об этом, когда проверяла выписки для сделки. Он продал бы квартиру даже без развода. Беременность Жанны просто стала удобным поводом.
Жанна медленно отошла от него.
— Ребёнок для тебя был поводом?
— Нет.
— Ты смотрел мне в глаза и говорил, что мы будем семьёй.
— Я люблю тебя.
— Любовь не приезжает в чужую квартиру с кроваткой и готовым расписанием ванной.
Её голос был тихим, но Глеб вздрогнул сильнее, чем от крика.
Михаил поднял папку.
— Татьяна Сергеевна, нам нужно вернуться наверх. Нотариус готова оформить заявление об отказе от сделки. Аркадий, если вы подпишете соглашение о расторжении предварительного договора, регистрация будет окончательно прекращена.
Аркадий посмотрел на Глеба.
— А деньги?
— Их удерживает банк до выяснения происхождения перевода, — ответила Вера. — Если вы подадите заявление, шанс вернуть средства будет выше.
— Вы хотите, чтобы я ещё и помог вам? — спросил Аркадий.
Я посмотрела на него.
— Я хочу, чтобы вы не стали вторым человеком, которого Глеб втянул в эту историю. Я подпишу всё, что подтверждает: квартира вам никогда не принадлежала.
Он долго молчал, затем кивнул.
— Хорошо.
Наверху Жанна собрала свои вещи в один из чемоданов. Она сняла с кроватки картонную наклейку с адресом и положила её в сумку.
— Куда ты пойдёшь? — спросила я.
— К сестре.
— У тебя есть сестра?
— Двоюродная. В соседнем городе. Я не говорила Глебу, потому что он уверял, что она будет против ребёнка.
Я поняла, что он построил вокруг неё ту же клетку, что пытался построить вокруг меня: отрезал от людей, подменял факты обещаниями, выдавал страх за заботу.
— Могу вызвать тебе такси, — сказала я.
Жанна посмотрела на меня.
— Почему вы мне помогаете?
Я подняла с пола латунный трамвай. На его колёсах осталась тонкая чёрная полоска от плитки.
— Потому что ребёнок не виноват, что его отец решил продать чужую жизнь.
Она кивнула и впервые заплакала.
Глеб стоял в коридоре, будто не понимал, как все люди вокруг вдруг перестали двигаться по его плану.
— Таня, — сказал он.
Я обернулась.
— Не называй меня так.
Он побледнел.
— Я могу всё исправить.
— Начни с расписки Аркадия. Потом верни Вере деньги. Потом признайся банку, кто подписывал документы.
— Ты хочешь меня уничтожить?
— Нет. Я хочу, чтобы ты перестал уничтожать других.
Михаил разложил бумаги на кухонном столе. Рядом лежало то самое полотенце, которое я держала, когда Глеб впервые вошёл с чемоданами. На ткани темнела капля соуса, но я больше не думала о пятне.
Я подписала заявление о приостановке сделки.
Потом — подтверждение, что квартира принадлежит только мне.
Рука дрожала лишь на первой строке.
Глеб отказался подписывать соглашение с Аркадием. Тогда Аркадий достал расписку и положил её перед ним.
— Вы можете спорить, — сказал он. — Но я отдам этот документ в банк и расскажу, как вы меня обманули.
Глеб посмотрел на лист.
— Мне нечем вернуть деньги.
— Значит, будете возвращать постепенно.
— А если я не смогу?
Аркадий пожал плечами.
— Тогда вы потеряете то, что пытались купить за мой счёт.
Глеб перевёл взгляд на дорогие часы, на новый автомобиль за окном, на коробку с детским креслом. Он хотел не квартиру. Он хотел время, в течение которого никто не задаёт вопросов. Но время закончилось раньше, чем он успел открыть портфель.
К полуночи кроватку вынесли обратно в подъезд. Жанна уехала с Мариной Павловной, которая настояла, чтобы она не ехала одна. Вера осталась у стола и объяснила Михаилу каждую страницу. Аркадий забрал расписку, но оставил копию заявления для банка.
Глеб стоял у стены.
— Ты правда не оставишь мне ничего? — спросил он.
— Я оставлю тебе твою подпись.
Он посмотрел на меня.
— Какую?
Я положила перед ним копию договора с поддельной подписью.
— Ту, которую ты поставил за меня. Она теперь будет напоминать, кто ты, когда рядом не останется никого, кому можно соврать.
Он хотел что-то сказать, но в этот момент с улицы донёсся короткий гудок трамвая. Ночной маршрут проходил за нашим домом, и звук всегда слегка дрожал в оконных стёклах.
Я сжала маленькую латунную фигурку в ладони и убрала её не в карман, а в папку с документами.
На её крыше всё ещё оставалась старая вмятина.
Только теперь я знала, зачем она была нужна: чтобы помнить не день свадьбы, а тот момент, когда чужая рука попыталась сдвинуть мою жизнь с рельсов — и не смогла.
Пропустили начало?
