Итан сжёг мою научную работу в запертой лаборатории, но после моей улыбки его лицо внезапно стало белым

Итан держал моё лицо за подбородок, пока едкая жидкость шипела на страницах моей работы, а Мия смеялась у запертой двери лаборатории.

Было 22:47. В химическом корпусе давно погас свет в коридорах, и только зелёная лампа над вытяжным шкафом окрашивала стены в болезненный цвет. Моё запястье резала пластиковая стяжка, на губе чувствовался вкус крови, а под левым глазом пульсировала такая боль, будто туда вбили металлический гвоздь.

— К завтрашнему утру Гарвард будет моим, — прошептал Итан.

Он наклонился ближе, и я почувствовала запах мяты из его жевательной резинки. Тот самый запах, который ещё три недели назад казался мне уютным. Теперь от него меня тошнило.

— Ты ведь обещал, что мы поступим вместе, — сказала я.

— Мы? — Итан усмехнулся. — Майя, ты была моей машиной для выполнения заданий. Не больше.

Он перевернул первую страницу и медленно вылил на неё кислоту. Бумага свернулась, почернела и осела липкой коркой. На ней исчезали мои расчёты, мои ночи без сна, восемнадцать месяцев жизни.

Мия прислонилась к шкафу. На её пальце поблёскивало тонкое кольцо с университетским гербом — подарок Итана за помощь в краже моих данных.

— Посмотри, как красиво всё растворяется, — сказала она.

Я хотела дёрнуться, но стул только скрипнул по кафелю. В висках снова взорвалась боль. Два часа назад Итан ударил меня возле служебного входа, когда я сказала, что знаю о его подделке. Потом они приволокли меня сюда и разыграли сцену, от которой у меня холодели пальцы: связанные руки, разбитое лицо, уничтоженная работа. Завтра они собирались заявить, что я напала на Итана из-за провала на конкурсе.

— Приёмная комиссия увидит нестабильную студентку, — Мия поправила рукав белого халата. — А Итан станет автором лучшего исследования года.

— Ты украл только бумагу, — прошептала я.

Итан рассмеялся.

— Я украл всё. Расчёты, письма профессоров, рекомендации. Даже твою заявку. Гарварду нужен результат, а не жалкая девочка, которая боится выступать.

Внутри меня что-то оборвалось. Не сердце. Последняя надежда, что он когда-нибудь любил меня.

Я посмотрела на чёрные страницы и улыбнулась.

Итан нахмурился.

— Что смешного?

— Ты правда думаешь, что это единственный экземпляр?

Мия перестала улыбаться, но Итан быстро взял себя в руки.

— Не притворяйся умной.

Он не знал, что три недели назад я нашла в университетском аккаунте следы его входов. Не знал, что перед сменой пароля создала защищённый архив: каждый черновик, каждую дату, каждое его сообщение с просьбой «немного помочь».

Но архив был не единственной моей защитой. В прошлом семестре я помогала настраивать систему безопасности лаборатории. Я знала, что произойдёт при тревоге из-за опасного вещества.

— Итан, — сказала я, глядя не на него, а на маленький объектив под потолком, — тебе стоило прочитать инструкцию по аварийной системе.

— Какую ещё систему?

Я улыбнулась шире.

В следующую секунду над нами завыла сирена, красные лампы вспыхнули, а электронный замок щёлкнул, переходя в аварийный режим. Итан метнулся к двери, Мия схватила его за рукав, а я почувствовала, как камера над вытяжным шкафом ожила и повернулась прямо на него…

❤️ Спасибо, что дочитали эту часть истории.
Продолжение уже ждёт вас в первом комментарии. 👇
Если комментарий не виден сразу, нажмите «Показать все комментарии».
Поставьте лайк и напишите в комментариях «Да», если хотите узнать продолжение.

ЧАСТЬ 2

Камера тихо щёлкнула, и на её маленьком красном огоньке отразилось лицо Итана.

— Ты что-то сделала? — Мия вцепилась ему в плечо.

— Отойди от меня! — Итан рванулся к панели у двери.

На часах было 22:51. Вентиляция включилась с гулом, от которого дрожали стеклянные колбы. Резкий запах кислоты смешался с горячим металлом, и я закашлялась, прижавшись спиной к спинке стула.

— Аварийная тревога автоматически сохраняет запись с внутренних камер, — сказала я.

Итан замер.

— Ты врёшь.

— Проверь.

Он ударил ладонью по панели. На экране вспыхнула надпись о блокировке помещения и передаче данных в университетское хранилище. Мия побледнела.

— Ты говорил, что камеры отключены.

— Я отключил камеры в коридоре! — процедил Итан. — Внутреннюю систему я не нашёл.

— Потому что не понимал, что крадёшь, — ответила я.

Собственный голос звучал хрипло, но ровно. Внутри меня всё тряслось. Я боялась не боли и не разоблачения. Я боялась, что система даст сбой раньше, чем кто-нибудь придёт.

В 22:54 за дверью послышались быстрые шаги.

— Служба безопасности! Отойдите от оборудования!

Электронный замок щёлкнул. В лабораторию ворвались двое охранников, за ними — профессор Рейнольдс, заведующий кафедрой. Его очки запотели от резкой смены температуры, а на белом халате темнело пятно кофе.

Он увидел мои связанные руки, разбитое лицо и кислоту на полу.

— Майя, вы меня слышите?

— Да. Только не подходите к жидкости без защитного щитка.

Профессор резко остановился и бросил взгляд на Итана.

— Что здесь произошло?

Итан поднял ладони.

— Она напала на меня. Потом сошла с ума и начала уничтожать свою работу.

Мия тут же кивнула.

— Мы пытались её остановить.

Охранник разрезал стяжки. Кровь вернулась в пальцы жгучими иголками. Я поднялась, но колени подогнулись, и профессор поддержал меня за локоть.

— Его работа? — переспросил Рейнольдс.

Я указала на монитор.

— Запустите аварийную запись.

Итан шагнул вперёд.

— Не надо устраивать спектакль.

— Это не спектакль, — сказала я. — Это регистрация событий.

На экране появилась первая минута записи. Итан связывал мне руки. Мия запирала дверь. Потом он наклонился к моему лицу и произнёс ту самую фразу о Гарварде. Звук был чистым, без помех.

— Ты была моей машиной для выполнения заданий.

Мия прошептала:

— Это можно подделать.

— Не здесь, — ответил профессор. — Запись уже ушла на защищённый сервер.

Итан побледнел, но тут же ткнул пальцем в меня.

— Она всё равно украла моё исследование! Я просто защищался.

Я посмотрела на него.

— Тогда откройте архив.

В 23:02 Рейнольдс вошёл в университетскую систему с рабочего терминала. На экране появились мои лабораторные журналы, даты измерений, последовательность исправлений и восемнадцать месяцев черновиков. Рядом стояли файлы, которые Итан представил на национальном конкурсе.

— Майя, — медленно сказал профессор, — вы никому не показывали этот архив?

— Только создала его и закрыла доступ.

Итан вдруг рванулся к клавиатуре, но охранник перехватил его руку.

— Не трогайте сервер!

В этот момент в коридоре зазвонил телефон профессора. Рейнольдс ответил, выслушал несколько секунд и посмотрел прямо на меня.

— Майя, это из приёмной комиссии Гарварда. Они получили письмо от вашего имени и уже готовят решение…

Он включил громкую связь. Женский голос произнёс моё имя, а затем добавил фразу, от которой у Итана дёрнулся уголок рта…

❤️ Спасибо, что дочитали! Если готовы узнать финал, поставьте лайк и напишите «Да» 👇

ЧАСТЬ 3

— Нам сообщили, что вы лично отказались от участия в конкурсе и признали авторство Итана, — сказала женщина из приёмной комиссии.

В лаборатории стало так тихо, что я услышала каплю, падающую с края металлического поддона.

— Я ничего не признавала, — ответила я. — Кто отправил письмо?

— Оно пришло с вашего университетского адреса. В нём сказано, что вы передали Итану все материалы добровольно.

Итан дёрнул подбородком.

— Видите? Она сама всё подтвердила.

Мия быстро взглянула на него. Этого взгляда хватило, чтобы я поняла: письмо отправлял не Итан один.

Профессор Рейнольдс открыл журнал доступа. Его палец остановился на строке.

— Письмо отправлено с компьютера в комнате подготовки образцов. В 19:16.

— В это время я была возле служебного входа, — сказала я. — Итан ударил меня там.

— А пароль? — спросил охранник.

Я посмотрела на Мию.

— Она знала его.

— Неправда, — резко ответила Мия.

Профессор увеличил сведения о входе. На экране появилась дополнительная отметка: перед отправкой письма был подключён внешний накопитель, зарегистрированный на лабораторного координатора Мии.

Мия отступила и задела локтем стеклянную колбу. Та покатилась по столу, ударилась о край и раскололась.

— Я только отправила файл, — выпалила она. — Итан сказал, что Майя всё разрешила!

Итан повернулся к ней.

— Замолчи.

— Ты обещал, что после поступления устроишь меня в свою лабораторию! Ты говорил, что профессор Рейнольдс всё подпишет!

— Я ничего тебе не обещал.

— Ты обещал кольцо и место в проекте!

Рейнольдс снял очки. В его руке блеснула треснувшая дужка.

— Вот теперь всё ясно. Итан не просто скопировал исследование. Он подменил файлы в заявке Майи и использовал её имя, чтобы убрать настоящего автора из конкурса.

— Докажите, — процедил Итан.

Я подошла к терминалу. Голова кружилась, но пальцы помнили каждое движение. В архиве хранилась не только работа. Я оставила там таблицу соответствий: исходный файл, время изменения, устройство и электронную подпись пользователя.

На экране появились два имени. Мои материалы были созданы с моего компьютера. Последние изменения и отправка конкурсной версии — с устройства Итана. Письмо об отказе — с компьютера Мии.

Профессор посмотрел на Итана.

— Вы украли исследование, подделали заявление и заперли студентку в лаборатории.

— Я просто хотел получить шанс! — выкрикнул Итан. — Майя всё равно не выдержала бы Гарвард. Я сделал то, что должен был сделать!

Эти слова повисли между нами тяжелее, чем запах кислоты.

В 23:11 прибыли сотрудники кампуса и увели Итана с Мией для оформления показаний. Итан кричал, что я разрушила его будущее. Я не ответила. Моё будущее он пытался уничтожить задолго до этой ночи.

Но когда профессор закончил разговор с комиссией, его лицо изменилось.

— Майя, решение о стипендии приостановлено. Им нужен независимый носитель исходного эксперимента.

— Он у меня есть.

— Нет, — тихо сказал Рейнольдс. — Тот носитель пропал из хранилища ещё до тревоги. И его забрал человек, которого мы считали единственным свидетелем вашей работы…

В коридоре погас свет, а на телефон профессора пришло сообщение с фотографией чужой руки, державшей мой настоящий лабораторный журнал…

❤️ Спасибо, что дошли до этой точки. Финал уже ждёт вас дальше — нажмите кнопку ниже и узнайте, кто ещё был втянут в эту историю.