Меня заковали прямо в придорожной закусочной, но после проверки отпечатков шериф резко перестал улыбаться

Наручники сомкнулись на моих запястьях, а шериф Бойд Миллер уже объявлял всем в закусочной, что поймал опасную перевозчицу наркотиков.

Я сидела в угловой кабинке у окна и смотрела на недоеденный кусок вишнёвого пирога. Вилка лежала рядом, испачканная густым красным сиропом. За стеклом под палящим техасским солнцем стоял мой старый «Форд Бронко» с колорадскими номерами, грязью на колёсах и ржавой вмятиной на заднем крыле.

Три вооружённых помощника шерифа окружили меня. Четвёртым был Томас Грейнджер — худой мужчина в сером костюме без галстука, пахнущий табаком и дорогим лосьоном.

— Все сидят тихо, — рявкнул Миллер. — Женщина, руки на стол.

Я подчинилась.

— Медленно вставай.

— Шериф, — сказала пожилая официантка Марта, сжимая стеклянный кофейник, — вы уверены, что это она?

Миллер даже не повернул головы.

— Марта, вернись за стойку.

В его голосе было не раздражение. Предупреждение.

Я встала, и один из помощников тут же прижал ствол ружья к моей спине. Его левая нога была почти выпрямлена, вес тела перенесён вперёд. Я мгновенно увидела, как можно было выбить оружие, развернуть его самого и закрыться за ним от остальных.

Тело помнило такие движения лучше, чем память.

Но за моей спиной сидели двое дальнобойщиков и Марта. Поэтому я просто завела руки назад.

Щёлк.

Наручники затянули слишком сильно.

— На вашу машину поступила жалоба, — сказал Грейнджер, подходя ближе. — В ней перевозят крупную партию наркотиков.

— Тогда ищите машину, — ответила я.

Он улыбнулся.

— Мы уже поискали.

— И нашли?

— Сумку под задним сиденьем.

Внутри меня всё остановилось.

Под задним сиденьем не было никакой сумки. Я сама проверяла машину утром на заправке. В ней лежали вода, аптечка, две смены одежды, металлический ящик с инструментами и запертый защитный чемодан с разрешённым оборудованием.

Никакой сумки.

— Вы ошиблись женщиной, — сказала я.

Миллер наклонился к моему лицу.

— Все так говорят.

Марта поставила кофейник на стойку. Стекло тихо звякнуло.

— Бойд, я видела, как твои люди открывали багажник, — произнесла она.

В закусочной стало холоднее, хотя кондиционер гнал тёплый воздух.

Миллер медленно повернулся к ней.

— Ты ничего не видела.

— Видела.

Грейнджер шагнул к Марте.

— Старушка, не усложняй себе жизнь.

Я заметила, как её пальцы коснулись маленькой медной подвески на цепочке под воротником. На ней была выбита цифра семнадцать. Марта сжимала её так, словно держалась за последнюю опору.

— Как вас зовут? — спросил Миллер.

Я посмотрела ему прямо в глаза.

— Элис Рид.

Грейнджер на долю секунды изменился в лице. Слишком коротко, чтобы это заметили испуганные дальнобойщики. Но я заметила.

Он уже знал это имя.

— В участок, — приказал Миллер.

— Я хочу позвонить.

— Позвонишь после оформления.

— На каком основании вы меня задерживаете?

— На основании найденной в вашей машине сумки.

Он сказал это слишком быстро.

Меня вывели наружу. Горячий воздух ударил в лицо, пахнущий бензином и сухой пылью. На капоте Бронко лежала моя старая карта дорог. Её угол шевелился от ветра.

Когда меня усаживали на заднее сиденье патрульной машины, Марта вдруг выбежала на крыльцо.

— Элис! — крикнула она.

Миллер резко схватил её за локоть.

Я успела увидеть, как она губами произнесла два слова:

«Не верь ему».

Дверца захлопнулась. Машина тронулась, а Грейнджер остался возле моего Бронко. Он достал из кармана тонкую коричневую папку и, оглянувшись на окна закусочной, начал раскрывать её. Я увидела только белый край бумаги и чью-то подпись внизу, а затем его рука потянулась к следующему листу…

ЧАСТЬ 2

…Грейнджер вытащил лист так, словно заранее знал, где он лежит.

Патрульная машина уже катилась по главной улице Оук-Хейвена, но в боковом зеркале я видела его отражение. Он стоял рядом с моим Бронко и показывал папку Миллеру. Шериф читал, хмурился, потом резко захлопнул её.

— Вы знакомы с этим мужчиной? — спросил водитель, молодой помощник с именем Коул на жетоне.

— С каким?

— С Грейнджером.

— Нет.

Коул промолчал. На панели перед ним лежала пластиковая коробка с мятными леденцами. Один леденец был расколот пополам, и белая крошка дрожала от вибрации двигателя.

В участке пахло хлоркой, старым кофе и влажной бумагой. Меня провели в комнату для оформления. Миллер снял с пояса сканер отпечатков и поставил его возле клавиатуры.

— Полное имя? — спросил Коул.

— Элис Мари Рид.

— Дата рождения?

Я назвала дату.

Грейнджер вошёл следом и положил коричневую папку на стол.

— Не торопись, Коул.

Молодой помощник посмотрел на него.

— Она должна пройти проверку.

— Проверка уже закончена. В машине нашли фентанил.

— Тогда отпечатки ничего не изменят.

— Изменят, если ты начнёшь думать вместо того, чтобы нажимать кнопки.

Я опустила взгляд на его руки. На правом большом пальце была свежая царапина, а под ногтем — чёрная пыль. Такая остаётся после работы с металлическими замками или багажниками.

— Вы хотите, чтобы я призналась? — спросила я.

Грейнджер улыбнулся.

— Я хочу, чтобы ты поняла, насколько неприятной станет ночь, если будешь упрямиться.

— Вы уже назвали меня перевозчицей. Значит, решение принято.

— Решения принимают те, у кого есть власть.

Миллер поставил мою левую руку на стекло сканера.

— Последний шанс, мисс Рид.

— Для чего?

Он нажал кнопку.

Сканер загудел. На экране появилась зелёная полоска, потом погасла. Через секунду раздался резкий сигнал, и вся панель стала красной.

Коул выпрямился.

— Что это?

Грейнджер шагнул к экрану.

— Ошибка считывания.

— Здесь написано: «Доступ ограничен федеральным уровнем».

В комнате стало тихо.

Миллер посмотрел на Грейнджера.

— Ты говорил, что это Рейчел Вейл.

Коул поднял глаза.

Я не шелохнулась.

Вот теперь стало ясно, кого они ждали.

— Я ничего не говорил, — процедил Грейнджер.

— Вы только что назвали другое имя, — сказал Коул.

Миллер ударил ладонью по столу.

— Продолжай проверку!

Коул снова провёл пальцем по экрану. Система потребовала дополнительное подтверждение. Потом принтер у стены ожил и начал выплёвывать лист за листом.

Грейнджер схватил первый лист, пробежал глазами и побледнел.

— Удалите это.

— Я не могу удалить ответ системы.

— Тогда отключи питание.

Коул посмотрел на Миллера.

— Шериф?

Миллер ничего не сказал. Его лицо стало тяжёлым.

Я почувствовала, как под воротником куртки касается кожи маленькая металлическая пластинка — жетон, который мне выдали много лет назад перед первой операцией. Я носила его не ради памяти. Он напоминал, что страх всегда пытается заставить человека говорить раньше времени.

Грейнджер наклонился ко мне.

— Кто ты?

— Вы сами только что решили, что я Рейчел Вейл.

— Не играй со мной.

— Тогда перестаньте играть с законом.

Он резко схватил меня за плечо. Коул дёрнулся, будто хотел вмешаться, но Миллер поднял руку.

— Уведите её в камеру, — приказал шериф.

— Но система ещё не закончила проверку, — сказал Коул.

— Я сказал — в камеру.

В коридоре зазвонил телефон. Миллер снял трубку.

— Да?

Он слушал всего несколько секунд. Потом его взгляд медленно переместился на меня.

— Она здесь, — сказал он.

На другом конце что-то ответили.

— Нет. Она не должна была приехать сегодня.

Миллер замолчал, сжав трубку так, что побелели костяшки.

Я поняла: человек звонил не из участка. Он звонил тому, кто стоял выше него.

А затем в коридоре раздался грохот. Дверь камеры захлопнулась, и Марта закричала снаружи:

— Бойд, ты обещал, что моего внука отпустят!

Шериф повернулся к ней, и в его руке оказался ключ от камеры. Но прежде чем он успел что-то ответить, Коул вытащил из принтера последний лист и тихо сказал:

— Шериф, здесь указано, что Рейчел Вейл умерла три года назад…

Миллер поднял на него глаза, а Марта вдруг произнесла имя человека, которого я не ожидала услышать никогда…

ЧАСТЬ 3

…— Дэниел, — сказала Марта. — Она приехала из-за Дэниела Рида.

У меня перехватило дыхание.

Мой младший брат исчез восемь месяцев назад в Техасе. В официальных бумагах значилось, что он уехал добровольно, оставив телефон и машину. Я не поверила ни одному слову. Дэниел работал водителем эвакуатора и иногда помогал округу перевозить конфискованные автомобили.

Марта смотрела на меня сквозь решётку камеры.

— Я не знала, как с тобой связаться, — сказала она. — Дэниел оставил твой адрес на обороте старого счёта.

Миллер рванулся к ней.

— Замолчи!

— Ты сказал, что его отпустишь, если я подпишу журнал, — продолжила Марта. — Но ты солгал.

Коул стоял возле принтера, сжимая лист. Его лицо стало белым.

— Что за журнал? — спросил он.

Грейнджер шагнул к нему.

— Отдай бумагу.

Коул не двинулся.

Марта расстегнула цепочку на шее и сорвала с неё медную подвеску с цифрой семнадцать. Внутри оказалась тонкая полоска бумаги, свёрнутая в трубочку.

— Дэниел спрятал это у меня перед исчезновением, — сказала она. — Я боялась открыть, пока не увидела Элис.

Миллер ударил кулаком по решётке.

— Ты понятия не имеешь, что делаешь.

— Имею, — ответила Марта. — В этой бумаге номера машин, даты и фамилии. Ваши фамилии.

Коул посмотрел на Грейнджера.

— Ты сказал, что все конфискованные машины пустые.

— Так и было.

— Тогда почему в журнале указаны четыре фургона, которые официально никогда не существовали?

Грейнджер бросился к нему. Я успела схватить Коула за ворот и оттащить в сторону, хотя руки всё ещё были скованы. Грейнджер врезался в металлический шкаф, и из него посыпались папки.

На полу раскрылась одна из них.

Внутри лежали фотографии автомобилей, квитанции и список фамилий. Напротив каждой стояла сумма. Рядом с фамилией Рейчел Вейл была пометка: «машина, груз, свидетель устранён».

— Вот почему вы искали её, — сказала я.

Грейнджер поднялся, держась за плечо.

— Ты ничего не понимаешь.

— Вы перевозили изъятые наркотики через склад округа, а потом подбрасывали часть груза случайным водителям. Если человек начинал задавать вопросы, его объявляли курьером.

Коул тяжело дышал.

— Дэниел узнал?

Марта кивнула.

— Он отказался подписывать ложный акт. После этого его увезли на склад у старого элеватора.

Миллер выхватил пистолет.

— Никто никуда не поедет.

Я заметила, как его палец лег на спусковой крючок. Грейнджер попятился к двери, а Коул закрывал собой Марту.

— Бойд, опусти оружие, — сказал он.

— Ты тоже в этом замешан.

— Я подписывал бумаги, потому что ты держал моего отца под угрозой тюрьмы.

— И теперь решил стать героем?

Коул посмотрел на меня.

— Мисс Рид, кто вы на самом деле?

Я подняла скованные руки.

— Бывший следователь военной службы. Последние восемь месяцев я проверяла исчезновение Дэниела и цепочку конфискованных грузов.

Грейнджер усмехнулся.

— Проверяла? Ты приехала одна.

— Нет.

Я кивнула на красный сканер.

— Мои отпечатки передали в федеральную систему ещё утром. Если они загорелись красным, значит, люди, которые ждали мой отчёт, уже знают, где я.

В этот момент телефон на столе Миллера снова зазвонил.

Он ответил.

— Шериф Миллер? — раздался женский голос. — Это инспектор округа. Мы получили ваши документы и направляемся к вам. Не покидайте здание.

Миллер медленно опустил трубку.

Грейнджер прошептал:

— Ты вызвала их?

— Нет, — сказала я. — Их вызвала система.

Коул раскрыл бумагу из медной подвески и побледнел.

— Здесь есть ещё один адрес.

— Какой? — спросила я.

Он посмотрел на Миллера.

— Старый элеватор. Но запись сделана сегодня утром. Дэниел может быть там сейчас…

Снаружи взревел двигатель, и через окно мы увидели, как к участку подъехал чёрный фургон без номеров. Миллер взглянул на него и впервые понял, что прибывшие приехали не за документами…