ЧАСТЬ 4

Она собиралась передать им оригиналы.

Я понял это по тому, как Тереза прижала пакет к груди.

Внутри лежала печать нашей компании, запасной ключ от шкафа с договорами и папка с оригиналами свидетельств на оборудование.

Мариана смотрела на мать, будто перед ней стоял совершенно чужой человек.

— Ты собиралась отдать им это завтра?

Тереза не ответила.

Диего спустился на две ступеньки ниже. В подъезде пахло сырой штукатуркой и лекарствами из аптеки на первом этаже.

— Мама, отдай ему пакет.

— Замолчи, Диего.

— Если мы не отдадим, они заберут машину Матео. Потом приедут к нам домой.

Я почувствовал, как Мариана коснулась моего локтя. Пальцы у неё были холодными.

— Александр, позвони Оскару. Пусть он никого не пускает в мастерскую.

Я набрал номер.

— Оскар, немедленно останови все операции по счетам и убери печать из офиса. Никому не подписывай документы, даже если они будут выглядеть законными.

— Уже понял, — ответил он. — Но есть ещё кое-что. Я нашёл перевод со счёта компании.

— Какой перевод?

— Сто восемьдесят тысяч песо. Три дня назад. Получатель — фирма, которой владеет Диего.

У меня потемнело в глазах.

— Диего, ты переводил деньги из нашей компании?

— Я верну.

— Это были деньги на лекарства Марианы.

— Я хотел вернуть их в тот же месяц!

Мариана медленно села на ступеньку. Её лицо стало почти прозрачным.

— Ты взял деньги, пока я лежала в больнице?

Диего отвернулся.

Тереза шагнула к ней.

— Он не хотел причинить тебе вред. Он был загнан в угол.

— Вы оба говорите о вреде так, будто это случайно разбитая чашка, — сказала Мариана. — А я каждый день считала таблетки, потому что не знала, хватит ли денег на следующий курс.

Её голос сорвался.

Я никогда не видел, чтобы она плакала от злости. Но сейчас слёзы текли по её щекам, и она не вытирала их.

Внизу хлопнула дверь подъезда.

На лестнице появились двое мужчин. Один был широкоплечим, в коричневом пальто. Второй держал кожаную папку и смотрел на меня так, будто давно знал, где я живу.

— Господин Ривера? — спросил мужчина с папкой.

Диего отступил.

— Это они.

— Мы пришли забрать документы по соглашению о залоге.

— У вас нет права входить в мой дом, — сказал я.

— Нам не нужно входить. Вот подтверждение заявки и подпись вашей родственницы как представителя компании.

Он протянул лист.

Подпись была моей.

Не похожей. Моей.

Я смотрел на неё, пока внутри всё не стало пустым.

Тереза зажмурилась.

— Я не знала, что они подделают и его подпись.

— Ты знала достаточно, чтобы принести им печать, — ответил я.

Мужчина в коричневом пальто протянул руку к тканевому пакету.

В этот момент Мариана встала. Ей было трудно держаться, но она выпрямилась.

— Пакет не получит никто.

— Госпожа, если вы не передадите документы добровольно, последствия будут неприятными.

— Последствия уже наступили, — сказала она. — Для меня. Месяц больницы, операция, долги и муж, который теперь выясняет, кому из родственников нельзя верить.

Я достал телефон и показал фотографию страницы из журнала Виктора.

— Ваш договор составлен с использованием поддельной подписи нотариуса. А подтверждение личности Марианы оформлено в день, когда она находилась в реанимации.

Мужчина с папкой изменился в лице.

— Это нужно проверять.

— Проверяйте. Но до проверки никто не получит ни печать, ни оригиналы.

Я позвонил Виктору прямо при них. Он включил громкую связь.

— Я готов подтвердить, что не заверял этот документ, — сказал нотариус. — И передам журнал с записью о визите Терезы и Диего.

Диего схватился за голову.

— Мама, зачем ты привела его к нотариусу?

Тереза резко повернулась к сыну.

— Потому что ты сказал, что всё законно!

— Ты сама сказала, что Александр обязан нас спасать!

— Я думала, ты берёшь обычный заём!

— Ты видела бумаги!

Их голоса столкнулись на лестнице. Мужчины с папкой переглянулись. Они пришли за лёгкими деньгами, а обнаружили поддельные подписи, украденные документы и чужую печать.

Я взял пакет из рук Терезы.

— Почему ты это сделала?

Она посмотрела на Мариану.

— Я боялась за Диего.

— Нет. Ты боялась признать, что сама вырастила человека, который постоянно спасается чужими руками.

Тереза вздрогнула.

— Он мой сын.

— А Мариана тоже была твоей семьёй. Но ты ни разу не пришла к ней в больницу.

Она опустила взгляд на белую медицинскую ленту вокруг запястья Марианы. Там, где недавно стоял больничный браслет, кожа ещё оставалась раздражённой.

Мариана сказала тихо:

— Я не требовала от тебя любви. Я просила только не превращать мою болезнь в источник денег.

Внизу снова открылась дверь. На этот раз вошёл Рафаэль с Оскаром. Бухгалтер держал в руках папку и несколько распечаток.

— Я заблокировал все платежи, — сказал Оскар. — И нашёл подтверждение перевода на фирму Диего.

Диего попятился.

— Я верну эти деньги.

— Вернёшь, — ответил я. — Но не мне лично.

Он поднял глаза.

— Что это значит?

— Ты подпишешь признание долга перед компанией. Деньги будут возвращаться каждый месяц из твоей зарплаты, пока сумма не закроется. А документы по подделкам передадим тем, кто разбирается в таких вещах. Я больше не стану замазывать твою ложь семейными разговорами.

Тереза схватила меня за рукав.

— Не губи брата.

Я снял её руку.

— Он погубил не себя в тот день, когда занял деньги. Он сделал это, когда решил, что больная женщина удобнее любого залога.

Мужчина с папкой положил документы обратно в кожаную сумку.

— Нам придётся приостановить требования до выяснения обстоятельств.

— Приостановить недостаточно, — сказала Мариана. — Вы получили мои данные незаконно. Я хочу письменное подтверждение, что заявки аннулированы и копии уничтожены.

Мужчина посмотрел на неё уже без прежней уверенности.

— Такое подтверждение будет.

— Сегодня.

Он кивнул.

Когда они ушли, в подъезде стало тесно от оставшихся людей и невысказанных слов. Тереза стояла у стены, прижимая ладонь ко рту. Диего смотрел на лестничную площадку, где несколько минут назад лежала его последняя надежда.

— Мама, — сказал он, — ты обещала, что Александр поможет.

Она повернулась к нему.

— Я ошибалась.

Это было не раскаяние. Пока ещё нет. Но впервые она перестала прикрывать его собой.

Через час мы сидели в кабинете Виктора. Мариана устала и положила голову мне на плечо. На столе лежали аннулированные заявки, расписка о возвращении документов и соглашение о выплате украденных денег.

Я подписал только то, что защищало компанию и Мариану.

Диего подписал признание долга дрожащей рукой.

Тереза попросила остаться после него.

— Я хочу поговорить с Марианой.

Мариана долго молчала.

— Говорите.

Тереза села напротив. Между ними лежала маленькая металлическая печать компании, которую она хотела передать чужим людям.

— Я всё время думала, что если Диего упадёт, то это будет моей виной, — сказала она.

— Вы позволяли ему падать на нас, — ответила Мариана.

— Я знаю.

— Нет, Тереза. Знать — это не плакать. Знать — это вернуть то, что вы взяли, и больше никогда не просить моего мужа расплачиваться за ваши страхи.

Тереза кивнула.

Она достала из сумки конверт. Не тот, о котором я думал. Внутри были документы на её небольшой загородный участок.

— Я продам его и закрою часть долга Диего.

Я посмотрел на неё.

— Не отдавайте всё за него.

— Почему?

— Потому что помощь, которая снова позволяет ему ничего не менять, — это не помощь.

Тереза долго держала конверт в руках, потом убрала его обратно.

— Тогда я оплачу лечение Марианы. Не как долг. И не как сделку. Просто потому, что должна была сделать это раньше.

Мариана ответила не сразу.

— Лечение я оплачу сама.

— Я знаю, — сказала Тереза. — Поэтому и предлагаю без условий.

Мариана посмотрела на неё. В её лице ещё оставалась боль, но появилась и усталость от ненависти.

— Вы можете помочь Елене и Рафаэлю с тем, что они потратили. Они были рядом, когда вас не было.

Тереза опустила голову.

— Я сделаю это.

Мы не стали снова семьёй в тот вечер.

Такие вещи не возвращаются одной подписью.

Диего переехал из квартиры, которую мы когда-то помогли ему снять. Ему пришлось продать машину и устроиться на работу, где никто не знал о его красивых обещаниях. Каждый месяц он переводил компании часть зарплаты. Иногда приходили короткие сообщения о платежах, без просьб и оправданий.

Тереза больше не входила в наш дом без звонка.

Через несколько недель она действительно передала Елене деньги на лечение и привезла Рафаэлю продукты. Он не поблагодарил её сразу. Только принял пакеты и сказал:

— Не исчезайте, если помощь закончилась.

Она ответила:

— Не исчезну.

Мариана восстановилась не быстро. Ей ещё долго было трудно подниматься по лестнице, а после каждого звонка с незнакомого номера она вздрагивала. Но теперь все документы хранились у Виктора, печать лежала в сейфе, а доступ к счетам компании был только у нас с Оскаром.

Однажды утром Мариана пришла в мастерскую. На ней была та же широкая кофта, но в руках она держала не лекарства, а новый каталог отделочных материалов.

— Клиент просит показать образцы, — сказала она.

— Ты уверена, что готова?

Она провела пальцами по обложке каталога.

— Я готова выбирать, кому доверять.

На столе между нами лежала металлическая печать компании. Рядом — лист с последним платежом Диего.

Мариана взяла печать и убрала её в сейф, а потом повернулась ко мне.

— Александр, сегодня мне нужно, чтобы ты поехал со мной.

— Куда?

Она подняла каталог.

— К Елене. Хочу показать ей новый проект.

Я улыбнулся.

Мариана открыла папку с образцами, и среди белых плиток, тёплого дерева и матового камня появился первый эскиз нашей будущей мастерской.