ЧАСТЬ 4
Я не сразу поняла, что перестала дышать.
Натан забрал телефон у моего уха, но голос уже исчез. На экране остался только неизвестный номер.
— Перезвони, — сказала я.
— Он не ответит.
— Ты откуда знаешь?
Натан посмотрел на ступени мэрии, где ещё стояла Марта с прижатой к груди тетрадью.
— Потому что это был мой брат.
У меня задрожали колени.
— У тебя есть брат?
— Был. Томас погиб семь лет назад.
— Тогда кто звонил?
Натан не успел ответить. Марта подняла голову.
— Я знаю этот голос, — сказала она. — Это Оуэн Рид. Бывший бухгалтер Кайла.
Мы вернулись в здание и заняли пустой кабинет с облупившимся подоконником. Натан попросил Марту рассказать всё с самого начала.
Оуэн приехал через двадцать минут. Он был худым мужчиной с перевязанным запястьем и мокрыми от снега волосами. В руках держал металлическую коробку из-под печенья.
— В ней документы, — сказал он. — Я забрал их из сейфа Кайла, пока Елена отвлекала его в холле.
Елена стояла у стены и смотрела в пол.
— Ты помогла ему украсть мои разработки, — сказала я.
— Я помогла ему начать. Потом поняла, что он собирается свалить на тебя долги.
— Почему остановилась?
Она горько усмехнулась.
— Потому что он сделал со мной то же, что сделал с тобой. Сначала называл партнёром. Потом попросил не задавать вопросов.
Оуэн открыл коробку. Там лежали банковские ведомости, копии договоров и свидетельство о рождении.
Я взяла его двумя пальцами.
Имя матери: Сара Рид.
Имя отца: Томас Вэнс.
Моя мать, Сара, умерла, когда мне было шесть лет. Отец исчез ещё раньше. Я всю жизнь считала, что он бросил нас.
Натан смотрел на документ, не моргая.
— Томас был моим старшим братом, — сказал он. — Он не знал, что у него есть дочь. Сара написала ему письмо, но Кайл нашёл его среди старых бумаг после смерти твоей бабушки. Он использовал эту информацию, чтобы убедить меня инвестировать в компанию.
Я подняла глаза.
— Ты знал, что я твоя племянница?
— Нет. Я узнал неделю назад, когда проверял документы по залогу. Хотел рассказать тебе, но сначала должен был убедиться, что это не ловушка Кайла.
В металлической коробке лежало ещё одно письмо. Бумага пожелтела по краям, а на конверте стояла дата за год до моей школы.
«Хлоя, если ты когда-нибудь узнаешь о семье Вэнсов, не думай, что тебя бросили. Я пыталась защитить тебя от человека, который преследовал Томаса. Он связан с долгами и не остановится».
Подпись была мамина.
Я перечитала письмо дважды. Потом ещё раз.
— Почему Кайл хранил это?
Оуэн ответил:
— Он собирался использовать его после продажи компании. Сказать Натанy, что ты скрывала родство ради денег. Тогда тот забрал бы все права обратно.
Вот чего хотел Кайл. Не любви. Не Елену. Не даже сам стартап.
Он хотел, чтобы все вокруг считали меня мошенницей, пока он присваивал мою работу и деньги Натана.
В коридоре раздались быстрые шаги. Кайл появился у двери, бледный и взъерошенный.
— Хлоя, выслушай меня.
— Ты уже всё сказал.
— Я нашёл письмо случайно. Я хотел защитить компанию.
— От кого?
— От тебя самой! Ты бы разрушила всё из-за обиды.
Елена резко рассмеялась.
— Ты даже сейчас не можешь признать, что украл её жизнь.
Кайл повернулся к ней.
— Ты обещала молчать.
— Я обещала себе выбраться.
Оуэн достал из коробки последний лист.
— Здесь расписка. Кайл должен был передать покупателю все права, если сделка состоится. Включая права, которые он заложил Натанy. Но есть пункт: если происхождение разработки оспорено, покупатель может потребовать возврата всей суммы.
Кайл схватился за край стола.
— У меня нет этих денег.
— Знаю, — сказала я.
— Ты хочешь, чтобы я обанкротился?
Я посмотрела на него и поняла: раньше я бы искала способ смягчить удар. Сейчас передо мной был не человек, потерявший любовь. Передо мной стоял тот, кто месяцами готовил моё падение.
— Я хочу, чтобы ты перестал распоряжаться чужой жизнью.
Мы не стали устраивать показательное наказание. Натан расторгнул сделку, покупатель забрал аванс через предусмотренный договором пункт, а доля Кайла перешла кредиторам. Елена дала письменные показания о подделке документов и ушла из компании. Марта возглавила отдел разработок. Оуэн получил работу у Натана и впервые за долгое время перестал оглядываться на каждый звонок.
Кайл сохранил свободу, но потерял всё, ради чего предал нас: компанию, репутацию и возможность назвать себя создателем.
Я не взяла его квартиру. Не потребовала публичного унижения. Только забрала из лофта свои тетради, письма и латунную закладку-компас. Ключ от квартиры положила на стойку консьержа, не оставив записки.
Через два часа мы снова были в мэрии.
Натан не надел мне кольцо. Он положил его рядом с заявлением и сказал:
— После всего, что произошло, ты можешь уйти. Я не стану удерживать тебя ни договором, ни тайной, ни фамилией.
Я провела пальцем по внутренней стороне кольца. Там была выгравирована дата рождения Томаса — день, который теперь связывал нас не сделкой, а правдой.
— Я выйду за тебя не потому, что ты Вэнс, — сказала я. — И не потому, что ты спас мою компанию.
— А почему?
— Потому что рядом с тобой мне не нужно уменьшать себя, чтобы кому-то было удобно.
Он кивнул.
— Тогда я согласен на любые условия.
— Первое: компания будет называться моим именем.
— Второе?
— Марта получает долю.
— Уже получила.
— Третье: ты больше никогда не будешь скрывать от меня семейные тайны.
Натан посмотрел на письмо моей матери.
— Даже если они болезненные.
— Особенно если болезненные.
Мы подписали документы в небольшом зале, где утром Кайл пытался сорвать нашу сделку. За окном хлопали флаги, а на столе лежала тетрадь Марты, раскрытая на странице с моей первой схемой.
Когда мы вышли, у входа стоял журналист делового издания. Он заметил букет белых роз и спросил:
— Мисс Рид, правда ли, что вы теперь совладелица новой компании Вэнса?
Я посмотрела на Натана.
— Нет, — сказала я. — Это компания Хлои Рид. Натан просто знает, когда нужно отойти в сторону.
Он улыбнулся.
В тот вечер Кайл увидел нашу свадебную запись в деловой сети. Под ней стояла фотография: моя рука с кольцом лежала поверх раскрытой тетради, а рядом виднелась подпись мамы.
Он не написал ни слова.
Только через минуту прислал одно сообщение: «Ты правда всё знала?»
Я ответила фотографией латунного компаса, лежавшего на новой табличке у входа в офис.
На ней было выгравировано название: «Рид — Вэнс. Разработка принадлежит тем, кто её создал».
А под ним — маленькая строчка из маминого письма:
— Никогда не позволяй чужому страху указывать тебе направление.
Пропустили начало?
