ЧАСТЬ 4
Сообщение пришло в 11:47 утра.
Я перечитала его дважды.
На фотографии лежал мой старый военный жетон. Не копия. Не изображение из архива. Настоящий жетон, который я хранила в закрытом ящике своей квартиры.
Клэр Беннетт.
Номер подразделения.
Группа крови.
Маленькая царапина возле буквы «т», оставшаяся после взрыва в Кабуле.
Я не показывала его Дэниелу.
Но снимок был сделан на деревянном столе в нашем доме.
— Кто это прислал? — спросил он.
— Не знаю.
Я набрала номер Томаса Рида.
Он ответил после первого гудка.
— Ты получила фотографию?
— Да.
— Тогда слушай внимательно. Человек, который искал твои документы, вышел не на твои военные дела. Он искал сведения о детях.
Моя рука сжалась вокруг телефона.
— Об Этане и Грейс?
— О происхождении их медицинской карты. Кто-то пытался заменить записи о родах ещё до их появления на свет.
Я посмотрела на две колыбели.
Этан шевельнул кулачком.
Грейс тихо всхлипнула во сне.
— Зачем?
— Чтобы получить доступ к закрытой программе защиты свидетелей, — ответил Рид. — Твои дети родились в день, когда в систему занесли новое дело. Кто-то решил, что их данные могут стать ключом.
Дэниел шагнул ближе.
— Я требую объяснений.
Я включила громкую связь.
— Тогда слушай вместе со мной.
Рид рассказал всё. Ванесса Харт не случайно вернулась в Коннектикут. Её брат Леонард работал бухгалтером у подрядчика, которого я когда-то вывела на чистую воду во время операции. Он погиб до суда, но оставил после себя сеть подставных компаний и людей, готовых платить за сведения о военных сотрудниках.
Ванесса узнала моё имя через старый список сотрудников.
Она не знала, что Клэр Хейс и полковник Клэр Беннетт — один человек.
Зато знала, что жена Дэниела имеет доступ к закрытым каналам и значительные активы.
— Она хотела не дом, — сказал Рид. — Дом был способом войти в семью. Ей нужны были твои бумаги и доступ к твоей почте.
Маргарет закрыла лицо ладонями.
— Мы впустили её сами.
Ванесса рванулась к сумке.
Я перехватила её запястье раньше, чем она достала телефон.
— Не двигайся.
Она замерла.
Дэниел отступил, будто только сейчас понял, почему я никогда не роняла ключи, почему замечала чужие шаги на лестнице и почему могла спать, положив ладонь на край кровати.
— Ты… действительно полковник?
— Да.
— Ты командовала людьми?
— Иногда.
— Ты всё это время жила со мной и молчала?
— Я пыталась быть твоей женой, а не твоим подчинённым.
Он опустил взгляд на бумаги о разводе.
— Я назвал тебя бесполезной.
— Назвал.
— И выгнал тебя из собственной больничной палаты.
— Ты не выгнал меня. Ты показал, кто ты.
Рид велел всем оставаться на месте до его приезда, но Ванесса вдруг рассмеялась. Смех был сухим и отчаянным.
— Вы думаете, всё закончилось? — спросила она.
— Нет, — ответила я. — Я думаю, ты слишком много говоришь.
— В архиве нет главного документа.
Я почувствовала, как сердце ударило под рёбра.
— Какого?
Ванесса посмотрела не на меня, а на Дэниела.
— Свидетельства о рождении детей. Оба оригинала у человека, который знает, кто их настоящий отец.
Дэниел резко повернулся к колыбелям.
В палате стало холодно, хотя батарея под окном была раскалена.
В этот момент дверь снова открылась. На пороге стоял Томас Рид, но рядом с ним находился человек, которого я не видела с того дня, как вернулась с последнего задания.
Мой бывший командир держал в руках конверт с печатью военного ведомства.
— Клэр, — сказал он, — документы детей не украли.
Он посмотрел на Дэниела.
— Их передали добровольно…
Пропустили начало?
