Я готовила визит человека, который исчез после моего письма, но когда он увидел меня у школы, его улыбка исчезла

В пять тридцать утра я проснулась от крика сына и ещё не знала, что к вечеру его отец будет стоять передо мной.

— Иду, Лео, иду, мой хороший.

Я подняла его из маленькой плетёной кроватки. Он вцепился пальцами в ворот моей ночной рубашки, прижался горячей щекой к шее и тут же замолчал. А потом открыл глаза.

Зелёные. Точно такие же, как у Итана Блэквуда.

Я ненавидела эти глаза за то, что они каждый день возвращали мне мужчину, которого я заставляла себя забыть. Но Лео не был виноват. Он был моим сыном, моей бессонницей, моей единственной причиной вставать, когда денег хватало лишь до следующего четверга.

К шести сорока пяти я накормила его, собрала в сумку подгузники и бутылочку, а сама натянула белую блузку и тёмный пиджак. У подъезда меня ждала миссис Дженкинс, шестидесятипятилетняя соседка с красными вязаными варежками и привычкой говорить так, будто она давно знает все мои тайны.

— Опять задержишься? — спросила она, принимая Лео на руки.

— Наверное. Сегодня приезжает важный гость.

— Важнее этого мальчика никого нет.

— Я знаю.

Но знала я и другое: если потеряю работу, мы останемся без квартиры.

В начальной школе Нортвуд я была секретарём директора. Коллеги считали меня спокойной, надёжной и слишком закрытой. Никто не знал, что после рабочего дня я бегу домой к ребёнку, а по ночам учусь на педагогических курсах, чтобы когда-нибудь перестать жить от зарплаты до зарплаты.

В десять утра директор Дэвидсон остановила меня у принтера. На её пальце блестело массивное серебряное кольцо, и она нервно поворачивала его из стороны в сторону.

— Мария, ты мне нужна завтра.

— Что случилось?

— Один человек хочет профинансировать нашу программу для детей из неблагополучных семей. Очень влиятельный человек. Ты подготовишь документы и будешь сопровождать его лично.

— Кто он?

Дэвидсон посмотрела на меня слишком внимательно.

— Итан Блэквуд.

Бумага застряла в принтере.

Я не сразу поняла, что перестала дышать.

Вечером я уложила Лео, дождалась, пока его ладонь разожмётся на моём пальце, и открыла фотографию, которую восемнадцать месяцев хранила в скрытой папке телефона. На ней Итан стоял в чёрном костюме у чёрного автомобиля. Высокий, собранный, опасно красивый. Человек, которого в городе называли хозяином половины портов и всего подполья.

Когда-то он говорил, что я единственная, рядом с кем ему не нужно притворяться. Потом исчез.

Я писала ему, звонила, оставляла сообщения через помощников. Каждый раз слышала одно и то же:

— Мистер Блэквуд недоступен.

— Передайте ему, что у него родился сын.

— Мы запишем вашу информацию.

Никто не перезвонил.

На следующий день в семь пятьдесят у школы затормозил чёрный автомобиль. Дэвидсон стояла рядом со мной, сжимая папку так сильно, что побелели костяшки.

Задняя дверь открылась.

Итан вышел на тротуар и оглядел здание. Потом его взгляд остановился на мне.

Он узнал меня сразу.

— Мария? — произнёс он тихо.

Я хотела ответить, но в этот момент у меня зазвонил телефон. На экране высветился номер миссис Дженкинс.

Я приняла вызов.

— Мария, — сказала соседка, и её голос дрожал, — к нам только что пришёл человек от Блэквуда. Он спрашивает, где ребёнок. А Лео… Лео исчез из комнаты, пока я отвернулась на секунду…

Я выронила телефон.

Итан сделал шаг ко мне.

— Какой ребёнок?

Дэвидсон открыла папку, которую держала у груди, и протянула руку к первой странице…

ЧАСТЬ 2

Я схватила папку раньше неё.

— Мне нужно уйти.

— Мария, — резко сказала Дэвидсон, — ты никуда не пойдёшь одна.

— Мой сын у вашей двери, мистер Блэквуд.

Итан смотрел на меня так, будто каждое слово ударяло его под рёбра.

— У тебя есть сын?

— Да.

— Сколько ему?

— Восемнадцать месяцев.

Его лицо изменилось. Не сильно, но я заметила, как напряглась линия челюсти. Итан медленно обернулся к мужчине в сером пальто, который стоял возле автомобиля.

— Виктор, — произнёс он, — кто посылал человека к её дому?

— Я не знаю, о чём вы, господин Блэквуд.

— Ты только что сказал, что не знаешь, а я ещё ничего не объяснил.

Виктор улыбнулся, но его пальцы сжали край папки. Я запомнила этот жест.

Мы сели в машину Итана. Я не хотела, но он сказал, что его люди уже проверяют квартиру миссис Дженкинс, а мне лучше не появляться там одной. Салон пах кожей и горьким кофе. На сиденье лежала детская красная варежка с вышитым жёлтым корабликом. Лео потерял её неделю назад.

— Откуда это? — спросила я.

Итан посмотрел на варежку.

— Виктор сказал, что нашёл её у подъезда.

— Он никогда не был у моего подъезда.

Виктор, сидевший впереди, промолчал.

Телефон зазвонил. Итан включил громкую связь.

— Миссис Дженкинс? — спросила я.

— Они забрали его не из комнаты, милая. Я успела спрятать Лео в кладовой за коробками. Мужчина обыскал всё и ушёл. Я слышу, как ребёнок плачет.

Я закрыла рот ладонью, чтобы не закричать.

— Мы будем через три минуты, — сказал Итан.

— Через две, — ответил водитель.

Машина рванула вперёд.

Итан не смотрел на меня. Он смотрел на дорогу, сжимая кулак так, что на костяшках проступили белые полосы.

— Почему ты не сказала мне? — спросил он.

Я повернулась к нему.

— Я писала.

— Я ничего не получал.

— Я звонила.

— Мне не передавали звонков.

— Я отправила письмо, когда узнала о беременности. Потом ещё одно, когда Лео родился. Потом фотографии.

Он медленно повернул голову.

— Фотографии?

— Двадцать семь писем. Тринадцать звонков. Я даже приехала к твоему офису.

Виктор резко вмешался:

— Господин Блэквуд, сейчас не время разбирать старые отношения.

— Замолчи, Виктор.

Мы нашли Лео в кладовой. Миссис Дженкинс сидела на полу, прижимая его к груди. На её рукаве темнело пятно крови — чужой или её, я не знала. Лео увидел меня и протянул руки.

— Мама!

Я вырвала его из объятий соседки. Его щёка была мокрой, на запястье краснел след от чьих-то пальцев.

Итан остановился в двух шагах.

Лео посмотрел на него и перестал плакать.

В комнате стало тесно от невысказанного.

— Это он? — спросил Итан.

— Да.

— Мой сын?

— Твой.

Итан опустился перед ребёнком на колено. Лео потянулся к его часам, к тяжёлому стальному ремешку на запястье. Итан снял часы и позволил ему сжать их в маленьком кулаке.

В этот момент Виктор вошёл в квартиру.

— Нам надо уезжать, — сказал он. — Сейчас же.

— Почему? — спросила я.

— Потому что люди, которые искали ребёнка, вернутся.

— Откуда ты знаешь?

Он посмотрел на Лео, потом на Итана.

— Потому что они знают, чей он сын.

Итан поднялся.

— А ты откуда это знаешь?

Виктор открыл рот, но не ответил.

На лестнице хлопнула дверь. Затем послышались тяжёлые шаги.

Миссис Дженкинс побледнела.

Итан заслонил нас собой.

— Мария, возьми сына и отойди к кухне.

— Кто там?

Виктор вынул из кармана металлический ключ и направился к шкафу у стены.

— Если хотите узнать, почему Итан никогда не получил ни одного вашего письма, — сказал он, — вам придётся открыть то, что я спрятал здесь…

ЧАСТЬ 3

Виктор вставил ключ в маленький замок, почти незаметный под деревянной полкой. Дверца открылась с сухим щелчком.

Внутри лежала жестяная коробка из-под печенья, перевязанная коричневой лентой. На крышке была выцарапана дата — день рождения Лео.

Итан шагнул к нему.

— Отойди от коробки.

— Выслушайте меня.

— Я сказал, отойди.

Виктор поднял руки, но коробку не выпустил.

— Я делал это ради вас.

— Ты следил за моим ребёнком и называешь это заботой?

— Я скрывал его от тех, кто хотел добраться до вашей крови.

Я почувствовала, как у меня немеют пальцы.

— Ты знал о Лео с самого начала?

— Да.

— Ты знал о моих письмах?

— Да.

Итан будто перестал слышать всё вокруг. Он выхватил коробку, сорвал ленту и высыпал содержимое на стол. Конверты, распечатанные электронные письма, фотографии, справка из роддома и мой первый снимок Лео, сделанный в день его рождения.

Каждое письмо было вскрыто.

На некоторых стояли красные пометки: «Не передавать».

— Ты сказал мне, что она уехала, — произнёс Итан.

Виктор побледнел.

— Она действительно исчезла из города.

— Потому что ты отправил к ней людей.

— Я просил её молчать.

— Ты сказал мне, что Мария требует денег и угрожает продать информацию врагам.

— Я защищал вас!

— Ты украл у меня сына.

Последняя фраза прозвучала глухо. Итан взял фотографию, где я держала новорождённого Лео. На обороте была моя рука: «Итан, пожалуйста, позвони. Он похож на тебя».

У меня задрожали губы.

— Я ждала каждый день, — сказала я. — А ты даже не знал, что он родился.

— Я бы приехал.

— Ты не приехал.

— Я не получал писем.

— Но теперь получил доказательство, что их прятали.

В дверях появился пожилой мужчина в тёмном жилете. Я видела его раньше на фотографии в кабинете Итана.

— Это Эдвард, мой бухгалтер, — сказал Итан. — Он приехал утром и увидел, как Виктор выносил коробку из моей машины.

Эдвард положил на стол папку.

— В ней записи расходов за восемнадцать месяцев. Виктор оплачивал курьеров, наблюдение за домом Марии и человека, который сегодня пытался забрать ребёнка. Деньги списывались с фонда школы.

Дэвидсон, стоявшая у двери, резко вдохнула.

— С фонда нашей программы?

— Да, — ответил Эдвард. — Виктор использовал школьную поездку как предлог, чтобы проверить, где находится мальчик.

Итан перевернул последнюю страницу. Внизу стояла подпись Виктора.

— Ты хотел забрать Лео, — сказал он.

— Я хотел спасти вашу компанию. Если появится наследник, совет директоров заставит вас отойти от дел. Они выберут ребёнка символом, а вас уничтожат.

— Поэтому ты решил стать его отцом вместо меня?

Виктор не ответил.

За окном резко затормозила машина. На телефон Итана пришло сообщение. Он прочитал его, и лицо стало жёстким.

— Что случилось? — спросила я.

Итан поднял глаза.

— Это не люди Виктора.

— Тогда кто?

Он посмотрел на Лео, который всё ещё держал его часы.

— Мой брат Оливер узнал, что ребёнок найден. Он уже едет сюда. И он не хочет забрать Лео живым…