Я вернулся из командировки и увидел в нашей спальне чужого мужчину, но после одной моей фразы Мая перестала смеяться

Когда я вошёл в спальню, рядом с моей девушкой спал чужой мужчина, а его рука лежала на её талии так привычно, будто это была его квартира.

На часах было двенадцать сорок семь ночи. Рейс из Денвера трижды переносили, и я добрался домой почти на восемь часов позже, чем обещал. Под ковриком лежал ключ — именно там, где я оставил его для Маи. Я поднял чемодан, на котором болталась маленькая металлическая бирка в форме компаса. Отец подарил её мне перед первой командировкой и сказал: «Чтобы ты всегда понимал, куда возвращаешься».

Я думал только о душе и кровати.

В гостиной стояли два бокала. На одном темнел след помады цвета раздавленной вишни. На кресле висела мужская кожаная куртка. Не моя.

Я прошёл по коридору, чувствуя, как внутри медленно включается глухой, ровный гул. Дверь спальни была приоткрыта. В полосе света от уличного фонаря я увидел Маю и мужчину рядом с ней.

Я не закричал.

Не разбил бокалы.

Просто отступил и сел на край дивана, положив ладонь на металлический компас. Он был холодным, почти ледяным.

Через час в ванной включился свет. Потом послышались шаги. Мужчина вышел в гостиную босиком и остановился, увидев меня.

— Ты кто? — спросил он, хотя по его лицу было понятно: он прекрасно знал, кто я.

Я ничего не ответил.

Он схватил куртку, прошёл мимо, опустив глаза, и скрылся за дверью. Через несколько секунд щёлкнул замок.

Мая появилась в шёлковом халате. Её лицо сначала было белым, потом на нём появилась привычная защитная улыбка.

— Лео, это не то, что ты думаешь.

— Это ровно то, что я думаю.

— Дай мне объяснить.

— Как его зовут?

Она скрестила руки на груди.

— Джейк.

— Как давно?

Мая посмотрела на часы, будто ответ мог находиться там.

— Это случалось несколько раз.

— Сколько?

— Три месяца.

Три месяца я был в Денвере, защищая проект, от которого зависело финансирование всей нашей команды. Три месяца она целовала меня перед моими ночными отчётами, говорила, что гордится мной, а потом, вероятно, ждала Джейка.

— Ты его любишь? — спросил я.

Она раздражённо усмехнулась.

— Не начинай драму.

— Ты его любишь?

— Я не знаю. С ним легко. Он настоящий. Он рядом.

— А я где?

— Ты постоянно в своих таблицах, Лео. Даже когда сидишь напротив меня, тебя нет.

Её слова ударили сильнее, чем я ожидал. Не потому, что были правдой. Потому, что она произносила их так, будто моя работа давала ей разрешение предать меня.

Я встал.

— Куда ты?

— Соберу вещи.

— Ты серьёзно?

Я достал с верхней полки старую спортивную сумку, переложил в неё рубашки, брюки и зарядное устройство. Мая стояла в дверях и следила за каждым движением.

— Ты уходишь из-за секса?

— Нет.

— А из-за чего?

Я застегнул сумку и взял ноутбук.

Она шагнула ко мне.

— Лео, не делай вид, будто ты святой. Ты сам толкнул меня к этому.

Я посмотрел на неё. Впервые за весь вечер её улыбка дрогнула.

— Ты сказала, что не хотела причинить мне боль?

— Конечно, не хотела.

— Тогда я скажу тебе, почему ухожу.

Я поставил чемодан на пол и потянулся к нижнему ящику комода, где хранил документы проекта. Мая резко побледнела и схватила меня за запястье…

ЧАСТЬ 2

Её пальцы сомкнулись на моём запястье, но через секунду Мая отдёрнула руку, словно сама испугалась того, что сделала.

В спальне горела только настольная лампа. На её абажуре дрожала тень от металлического компаса, лежавшего рядом с моим чемоданом.

— Не трогай этот ящик, — сказала она.

— Почему?

— Там рабочие бумаги.

— Они мои.

— Я знаю.

Я открыл ящик. Папка с материалами проекта лежала сверху, но под ней зияло пустое место. Я сразу понял, чего не хватает: оригинала соглашения с инвесторами и листа с моей подписью, который я собирался отвезти в Денвер.

— Где приложение к договору?

Мая замерла.

— Какому договору?

— Не заставляй меня повторять.

Она отвернулась к окну.

— Наверное, ты сам его взял.

— Я не брал.

— Лео, ты устал. У тебя был тяжёлый день.

Я достал телефон. В банковском приложении уже несколько недель не открывался общий счёт. Каждый раз появлялось сообщение об ошибке, и я откладывал звонок до возвращения домой.

Теперь я нажал на историю операций.

За последние три месяца со счёта исчезли двадцать восемь тысяч долларов. Переводы уходили на имя человека, которого я не знал. Получатель: Джейк Харпер.

Мая заметила экран и сжала губы.

— Это не то, что ты думаешь.

Я повернул телефон к ней.

— Забавно. Сегодня это уже вторая такая фраза.

— Он был должен людям.

— И ты решила заплатить за него нашими деньгами?

— Я собиралась вернуть.

— Когда? После того как он продаст мою машину?

Её лицо изменилось.

Я открыл электронное письмо, пришедшее ещё утром. Пока самолёт кружил над аэропортом, банк прислал уведомление о предварительном одобрении кредита под залог квартиры. В документе стояло моё имя.

Подпись была похожа на мою.

Но я точно знал: я её не ставил.

— Что это? — спросил я.

Мая молчала.

— Ты подала заявку на кредит?

— Я хотела решить проблему.

— Какую проблему?

— Джейк должен был открыть мастерскую. Ему не хватало денег.

— И ты заложила квартиру, в которой живу я?

— Мы живём в ней вместе.

— И поэтому ты решила подписать за меня?

Она вскинула подбородок.

— Я не подделывала твою подпись. Ты оставлял документы на столе.

У меня пересохло во рту.

— Значит, ты всё-таки признаёшь, что документы брала.

— Я признаю, что пыталась помочь человеку, который хотя бы хотел чего-то добиться.

За дверью подъезда хлопнула машина. Мая вздрогнула и быстро посмотрела на телефон.

— Он ждёт меня, — сказала она.

— Джейк?

— Я не обязана отчитываться.

— Нет. Но ты обязана объяснить, почему банк собирается забрать квартиру.

Я позвонил по номеру из уведомления. Ответили почти сразу. Женщина представилась Еленой Вороновой, руководителем отдела кредитов. Услышав моё имя, она замолчала на несколько секунд.

— Господин Рид, хорошо, что вы позвонили. Нам нужно срочно встретиться.

— По поводу заявки?

— По поводу двух заявок. И одной доверенности.

Мая резко побледнела.

— Не надо с ней разговаривать, — прошептала она.

Я включил громкую связь.

— Елена, скажите прямо. Что происходит?

— Ваша заявка подписана не вами. Но человек, который принёс документы, утверждал, что действует с вашего согласия.

— Кто это был?

Елена тяжело выдохнула.

— Ваша сожительница. Но есть ещё одна деталь. Она принесла копию договора, которого нет в вашей папке. В нём указано, что вы уже передали ей право распоряжаться проектом.

Мая рванулась к телефону.

— Это конфиденциальная информация!

Елена ответила холодно:

— Тогда объясните, почему на копии стоит подпись господина Рида, а дата проставлена за неделю до того, как он уехал в Денвер.

Связь оборвалась.

Я медленно повернулся к Мае.

— Что ты отдала банку?

Она не ответила.

Вместо этого схватила со стола ключи и бросилась к коридору. Я перехватил её у вешалки.

— Отойди.

— Сначала скажи, где оригинал.

— Ты всё равно мне не поверишь.

— Попробуй.

Мая посмотрела на мой чемодан, потом на папку в ящике. И вдруг произнесла имя, которое заставило меня почувствовать холод под рёбрами:

— Лео, твой руководитель уже знает, что ты украл проект…

ЧАСТЬ 3

— Что ты сказала? — спросил я.

Мая стояла у вешалки, прижимая ключи к ладони. За окном мигали фары автомобиля, и каждый всполох делал её лицо старше.

— Джейк отправил им письмо, — сказала она. — Он написал, что идея принадлежит ему, а ты присвоил материалы.

— Джейк не работал над моим проектом.

— Он видел документы.

— Потому что ты отдала их ему.

Она опустила глаза.

В этот момент в дверь постучали. Не робко. Три коротких удара.

На пороге стояла Елена Воронова. В руке она держала тонкую папку цвета тёмной меди. За ней был мужчина лет пятидесяти с мокрым от снега пальто.

— Это Павел Серов, нотариус, — сказала Елена. — Он оформлял доверенность, которую принесла Мая.

Мая отступила.

— Вы не имели права приходить сюда.

— А вы не имели права использовать чужую подпись, — ответил Павел.

Я почувствовал, как компас на бирке чемодана царапнул мою ладонь. Боль помогала не потерять равновесие.

— Расскажите всё, — попросил я.

Павел открыл папку.

— В понедельник Мая пришла ко мне с двумя документами. Первый — доверенность на распоряжение квартирой. Второй — соглашение о передаче прав на ваш проект Джейку Харперу.

— Я ничего не подписывал.

— Я понял это на месте. Ваша подпись была сделана другой рукой. Но Мая сказала, что вы тяжело больны и не можете прийти лично.

— Я был в Денвере.

— Именно. Поэтому я отказался заверять документы.

Мая резко повернулась к нему.

— Вы обещали, что никому не расскажете!

— Я обещал соблюдать тайну нотариального обращения. Но когда банк обнаружил, что на основании этих бумаг уже пытались провести операцию, обязан был сообщить о риске.

Елена достала второй лист.

— Кроме того, перевод двадцати восьми тысяч долларов был сделан не на счёт Джейка. Деньги ушли на погашение его долгов.

Я посмотрел на Маю.

— Ты знала?

Она молчала.

— Ты знала, что он не открывает мастерскую?

— Он сказал, что всё исправит.

— А мой проект?

Елена положила на стол распечатку.

— Джейк отправил презентацию вашего проекта в компанию-конкурент. Они отказались её использовать, потому что в файле сохранилось имя автора. Но письмо и вложение остались в системе.

Павел протянул мне оригинал соглашения.

— Вот документ, который Мая пыталась заменить копией. На нём ваша настоящая подпись и чётко указано: права принадлежат вашей компании. Передать их без вашего личного согласия невозможно.

Мая сделала шаг ко мне.

— Лео, я хотела только помочь.

— Ты лгала банку, брала мои деньги и отдала мои рабочие материалы человеку, с которым спала.

— Я думала, что ты всё равно не заметишь.

Эти слова оказались страшнее признания.

Не потому, что она не любила меня. А потому, что рассчитывала на моё молчание.

Из кармана Маи выпал телефон. Экран загорелся от нового сообщения. Она успела взглянуть и побледнеть.

— Что там? — спросил я.

— Ничего.

Елена забрала телефон с пола и прочитала сообщение вслух:

— «Если банк отменит сделку, я отправлю Лео всю переписку. Пусть узнает, кто придумал подделать подпись».

Мая закрыла лицо руками.

Я понял: Джейк не был её спасением. Он был её сообщником, который уже собирался бросить её первой.

Но прежде чем кто-то успел заговорить, мой телефон зазвонил. На экране высветился номер руководителя проекта из Денвера.

— Лео, — сказал он после моего ответа, — мы нашли ещё один файл. Он был отправлен сегодня ночью с домашнего компьютера. И если это действительно сделала Мая, у нас появилась проблема гораздо серьёзнее кредита…