ЧАСТЬ 4
— Какая проблема? — спросил я.
В гостиной стало тесно от чужого дыхания.
Елена стояла у стола, Павел держал раскрытую папку, а Мая смотрела на меня так, будто надеялась вернуть последние пять минут обратно.
Из телефона донёсся голос моего руководителя, Романа Белова:
— В файле есть расчёты, которых не было в общей версии. Это внутренние данные инвесторов. Кто-то отправил их конкурентам и подписал письмо твоим именем.
Я закрыл глаза.
Проект, над которым я работал год, мог рухнуть не из-за измены, не из-за кредита, а из-за нескольких файлов, отправленных с моего домашнего компьютера.
— Роман, сохрани всё, — сказал я. — Ничего не удаляйте и не пересылайте дальше.
— Уже сохранили. Но нам нужно понять, кто имел доступ.
Я посмотрел на Маю.
Она села на подлокотник кресла. На её запястье осталась красная полоса от ремешка часов.
— Я не отправляла ничего конкурентам, — сказала она.
— Тогда кто?
Она подняла голову.
— Джейк.
— С твоего компьютера?
— Он говорил, что ему нужен пароль, чтобы распечатать документы.
— Ты дала ему пароль?
Мая не ответила.
Елена медленно положила телефон на стол.
— Господин Рид, банк может немедленно остановить заявку. Но по переводу денег нужно будет дать письменное объяснение.
— Я дам.
— И по доверенности тоже.
— Я понимаю.
Мая вскочила.
— Ты хочешь уничтожить меня?
Я повернулся к ней.
— Нет. Я хочу, чтобы ты перестала уничтожать меня вместо себя.
Она засмеялась, но смех вышел коротким и сухим.
— Как удобно. Ты теперь жертва, а я чудовище.
— Я не называл тебя чудовищем.
— Но уже решил, что я виновата.
— Ты сама сказала, что брала документы.
— Я брала их, потому что ты никогда ничего не замечал! Ты жил в своей работе, в своих сроках, в своём Денвере. Я была рядом с тобой пять лет и чувствовала себя мебелью.
Её голос сорвался.
Я вспомнил, как три недели назад она сидела на кухонном столе, пока я собирал презентацию. Она принесла мне кофе и положила рядом тот самый компас с чемодана, который отцепился от ремешка.
— Ты опять уезжаешь, — сказала она тогда.
— На три дня.
— Для тебя три дня — это не срок.
Я ответил, что после конференции всё изменится.
Она улыбнулась.
Теперь я понял: она уже знала, что собирается сделать.
— Если тебе было одиноко, почему ты не ушла? — спросил я.
Мая долго смотрела на меня.
— Потому что я хотела квартиру. И хотела, чтобы ты продолжал оплачивать всё. А Джейк хотел денег. Я думала, что смогу удержать обоих.
Павел тихо прикрыл папку.
Елена отвела взгляд.
В этой честности не было раскаяния. Только усталость от того, что ложь перестала приносить пользу.
Мой телефон снова зазвонил. Роман.
— Лео, мы проверили журнал отправки. Письмо ушло с твоего компьютера в восемь минут второго ночи.
Я посмотрел на часы.
В восемь минут второго я сидел на диване и слушал, как Мая ходит по спальне. Но компьютер стоял в кабинете.
— Кто был дома? — спросил Роман.
— Мая. И Джейк.
— Тогда приезжай утром. Есть ещё кое-что.
— Что?
— Конкурент получил не только расчёты. Он получил черновик твоего личного отчёта о нарушениях в нашей компании. Если он его опубликует, пострадают люди, которые не имеют отношения к этой истории.
Внутри меня что-то оборвалось.
Речь шла о Соне, молодой специалистке из моей команды. Я сам обещал защитить её от начальника, который пытался списать на неё ошибку в отчётах.
Мая опустила глаза.
— Я не знала, что там было.
— Ты отправила файл, не читая?
— Джейк сказал, что это просто расчёты.
В этот момент на телефон Маи пришло новое сообщение.
Она не хотела показывать его, но экран загорелся прямо передо мной.
«Забирай вещи и уезжай. Если Лео пойдёт в компанию, я расскажу ему, что ты придумала всё с самого начала».
Я взял телефон.
— Позвони ему.
— Зачем?
— Спроси, что именно ты придумала.
— Он не ответит.
— Тогда напиши.
Мая смотрела на меня, будто не узнавала.
— Ты хочешь услышать, как он меня бросает?
— Я хочу, чтобы ты хотя бы один раз задала вопрос тому, кому доверяла больше меня.
Она набрала сообщение. Ответ пришёл почти сразу.
«Ты сама предложила взять кредит на квартиру. Ты сама сказала, что Лео подпишет всё, если поставить его перед фактом. Не втягивай меня».
Мая перестала дышать.
Елена забрала у неё телефон и положила рядом с документами.
— Теперь всё понятно.
— Мне нет, — сказал я. — Что значит «сама предложила»?
Мая провела ладонью по лицу.
— Я узнала, что твой проект принесёт большой контракт. Ты собирался перевести часть денег на отдельный счёт компании. Я решила, что после этого ты уйдёшь от меня. Поэтому хотела забрать свою долю заранее.
— Свою долю?
— Я была уверена, что имею право.
— На мою работу?
— На те пять лет, которые я провела рядом с тобой.
— Ты могла попросить.
— И услышать отказ?
Я посмотрел на неё и понял, что между нами давно существовала не любовь, а бухгалтерия, где каждый считал вложения и ждал выплаты.
Утром я поехал в компанию вместе с Павлом. Елена остановила кредитную заявку, а нотариус официально зафиксировал попытку использования поддельной доверенности. Я не стал требовать немедленного ареста Маи. Не из жалости.
Я просто не хотел, чтобы её страх снова стал моей жизнью.
Но я передал банку все документы и подписал заявление о возврате средств. Двадцать восемь тысяч списали с её личного счёта, который она открыла за несколько дней до моего отъезда. Остаток долга Джейка банк взыскал с него по договору займа.
Квартиру мы продали через месяц, потому что я не мог больше жить в спальне, где чужая куртка лежала на моём кресле. Мая получила ровно половину суммы за первоначальный взнос, подтверждённую банковскими переводами. Ни больше.
Она съехала к сестре.
Джейк исчез из её жизни в тот же день, когда понял, что денег не будет.
Роман не уволил меня. Более того, он назначил отдельную проверку, и выяснилось, что конкурент сам отказался от украденных материалов, когда понял, что они получены незаконно. Соню перевели в мою команду, а тот руководитель, который пытался обвинить её, больше не имел доступа к отчётам.
Через три недели Мая попросила встретиться.
Мы сидели в маленьком кафе возле банка. Между нами стояла чашка нетронутого кофе. На её краю остался след красной помады, почти такой же, как на том бокале.
— Я вернула тебе компас, — сказала она.
Она достала из сумки металлическую бирку и положила на стол.
Я не сразу протянул руку.
— Он был в кармане куртки Джейка, — объяснила Мая. — Он снял его с твоего чемодана, когда ты спал в самолёте. Сказал, что это дорогая вещь.
Я взял компас.
На металле появилась новая царапина.
— Он стоил пять долларов, — сказал я.
— Я знаю.
— Для меня он был не про деньги.
Мая кивнула.
— Я поняла это слишком поздно.
Я посмотрел на неё.
— Ты не обязана понимать всё, чтобы не делать подлость.
Она сжала пальцы.
— Ты когда-нибудь простишь меня?
Я честно ответил:
— Я не знаю. Но я больше не буду строить свою жизнь вокруг этого вопроса.
Мая заплакала. Без красивой сцены, без попытки удержать меня. Просто опустила голову на ладони.
Я оставил на столе чек за её кофе и встал.
В тот вечер я приехал в компанию раньше остальных. На доске уже висела схема проекта, а рядом Соня прикрепила новую карточку с расчётами. Я достал из кармана компас, подцепил его к ремню ноутбука и открыл файл с настоящей подписью.
Роман вошёл в кабинет.
— Готов выступать?
Я посмотрел на экран.
— Да.
— Боишься?
Я провёл пальцем по царапине на металле.
— Боюсь только снова не заметить, куда иду.
Роман улыбнулся и протянул мне папку с окончательным договором.
Я поставил подпись там, где её ждали, — своей рукой.
А металлический компас тихо звякнул о край стола, когда на экране появилась первая строка новой презентации: «Автор проекта — Лео Рид».
Пропустили начало?
